Религиозная литература

Книга архимандрита Тихона (в миру — Георгия Шевкунова), представляет собой сборник реальных историй, иногда — грустных, иногда смешных, иногда — трогательных. Автор не стремится идеализировать своих героев, тем не менее, их человечность, духовность, теплота — эти качества необычайно важны писателю. Недаром эти истории используются отцом Тихоном в проповедях и беседах. Несмотря на то, что книга о людях «пришедших в монастырь», она заинтересует не только читателей разных убеждений и конфессий, но и просто светских людей.

2-е издание, исправленное.

Это книга для тех, кто не боится заглянуть вглубь себя и открыть в собственном внутреннем мире подлинный ключ к успеху и процветанию. Опираясь на богатейший духовный и практический опыт, которым буквально пронизаны его прославленные творения в жанре самосовершенствования, в этой работе Джеймс Аллен наставляет своих читателей на путь веры, помогая им «обрести в самих себе источник всяческих успехов, счастья, побед, достижений, всего реального и истинного». Такая задача была бы непосильна для большинства из нас, если бы не мудрые уроки от человека, который всю свою жизнь посвятил поискам этих вдохновляющих истин.

КНИГА 1. РОЗА МИРА И ЕЕ МЕСТО В ИСТОРИИ

Эта книга начиналась, когда опасность неслыханного бедствия уже нависала над человечеством; когда поколение, едва начавшее оправляться от потрясений второй мировой войны, с ужасом убеждалось, что над горизонтом уже клубится, сгущаясь, странная мгла – предвестие катастрофы еще более грозной, войны еще более опустошающей. Я начинал эту книгу в самые глухие годы тирании, довлевшей над двумястами миллионами людей. Я начинал ее в тюрьме, носившей название политического изолятора. Я писал ее тайком. Рукопись я прятал, и добрые силы – люди и не люди – укрывали ее во время обысков. И каждый день я ожидал, что рукопись будет отобрана и уничтожена, как была уничтожена моя предыдущая работа, отнявшая десять лет жизни и приведшая меня в политический изолятор.

Книга «Роза Мира» заканчивается несколько лет спустя, когда опасность третьей мировой войны не поднимается уже,

Том 1

Спешно покинув сад дома дяди Али, Наль, в сопровождении двух слуг, из которых один был её двоюродным дядей, переодетым слугою, молодого Али и капитана Т., вошла в его дом, где она никогда не бывала и даже представить себе не могла, что такое может случиться. Выросшая в двойственной обстановке, давимая всеми условностями гаремной жизни, Наль тем не менее была образованна и теоретически знала жизнь цивилизованного и культурного общества благодаря Али Мохаммету, который боролся с затворничеством женщин всюду, где только была для этого возможность.

У Наль всегда были европейское платье и обувь, к которым её, как бы играя, приучал дядя Али, вызывая негодование старой тётки и прочего синклита из муллы и его фанатиков-правоверных.

И девушка безо всяких затруднений переоделась в костюм, приготовленный для неё дядей. Смеясь, она закутала молодого Али Махомеда в свой розовый

Том 1-2

Долго, очень долго странствовали мы с И., пока добрались до Индии. И. часто делал длительные остановки, желая дать не только отдых, но и предоставить все возможности понаблюдать жизнь народов и подсмотреть их нравы и обычаи. Делая крюк за крюком, руководясь отчасти и своими делами, а чаще всего стремясь расширить "мои университеты", он привез меня в Багдад. Смеясь, он уверял меня, что мне необходимо понять прелесть реального Багдада, а не судить о нем только по сладким пирогам.

Наше путешествие, длившееся несколько месяцев, благодаря ежедневному влиянию и заботам И. закалило не только мое здоровье, но и весь мой характер изменился. Я почти перестал становиться Левушкой «ловиворон», внимание мое стало дисциплинированным, и — я не знаю сам, как это случилось, — я больше не впадал в раздражение.

Рассказать обо всех чудесах, что довелось мне видеть, так

Конец твоего мира. Откровенный разговор о природе просветления

АДЬЯШАНТИ

Выражение благодарности

Я сердечно благодарен тебе, Тэми Саймон! Если бы ты не поддерживал и не вдохновлял меня, эта книга никогда не вышла бы в свет. Твои вера в успех и редакторское мастерство удивительны, их превосходит разве что твоя любовь к дхарме. Также я очень благодарен Келли Нотарас за скрупулезную и терпеливую редакторскую работу.

Предисловие издателя

Когда осенью 2004 года я впервые встретил Адьяшанти, я был поражен свежестью и самобытностью его учения о духовном пробуждении. И хотя он чтил определенных мастеров дзен, он говорил, что в том, что касается реализации, важно не полагаться на определенного учителя или метод, а опираться на свой непосредственный опыт и бесстрашно исследовать территорию собственной жизни. Он также называл мифом представление о том, что духовное пробуждение — редкое

«Иуда Искариот» Леонида Андреева - одно из величайших произведений русской и мировой литературы. Оно обращено к человеку. Оно заставляет задуматься - о том, что такое истинная любовь, подлинная вера и страх смерти. Леонид Андреев словно бы спрашивает - ничего ли мы здесь не путаем? Не прячется ли за нашей верой страх смерти? И много ли веры в нашей любви? Задуматься и почувствовать.

Лама Оле Нидал представляет современному читателю буддизм – древнейшую и самую загадочную из трех мировых религий. Основы буддийской философии, медитационные техники и полезный стиль жизни описываются живым и образным языком, что делает эту книгу увлекательным и доступным учебником для всех, кто хотел бы получить наиболее полное представление о буддизме.

Для широкого круга читателей и всех, кто увлекается буддизмом и духовным саморазвитием.

Перевод: Вагид Рагимов, А. Фукс

Что если посредством страданий Бог призывает людей к вере и надежде на лучший мир?

Каждому человеку знакомы боль и страдания. Многие из нас испытывают их сейчас. Увы, зло — жестокая реальность нашего мира. В трудные времена мы начинаем задаваться вопросом: «Мог ли благой и всемогущий Бог создать мир, в котором столько страданий и зла?» Атеисты дают на него свой ответ: «Существование зла и страданий в мире доказывает, что Бога нет». Рэнди Алькорн отвечает на этот вопрос по–другому и предлагает глубокий, реалистичный и строго библейский взгляд на него. Он написал эту книгу, чтобы поддержать верующих, которые подвергают сомнениям свою веру, и помочь неверующим, которые считают проблему страданий и зла самым большим препятствием на пути к обретению веры.

В этой книге Рэнди Алькорн, известный в христианских кругах писатель и служитель, затрагивает проблему, решение которой ищут все люди — и верующие, и неверующие — во все времена. Это проблема страданий и зла в нашем мире, которую Алькорн рассматривает с позиции евангельского христианина.

Предлагаемая вниманию читателя книга повествует о жизни святой Клары Ассизской (1193–1253), вместе со святым Франциском стоявшей у истоков великой францисканской семьи. Живой, доступный язык книги, свободная повествовательная манера делают образ святой более близким современному человеку и позволяют глубже понять дух Франциска и Клары, исполненный бедности, смирения и любви.

«Что такое молитва? Это путь, которому нет конца. И по тому, кто как ее (молитву) понимает, можно говорить о том, где он находится… Развитие себя, для достижения этого (несколько советов и направлений для развития)», а также еще что-то.

Духовное просветление: прескверная штука

Vitam impendere vero. Отдай жизнь истине.

1. То, что не может быть проще

Останься эти день и ночь со мной, и ты постигнешь источник всех поэм.

Закончив перечислять огромное число аспектов своего духовного пути, она смотрела на меня в ожидании ответа – с надеждой на одобрение, возможно даже на похвалу. Мне не очень-то нравится разбивать надежды красивых молодых девушек, но такая уж моя работа. Я – просветлённый.

– Итак, причина всего того, чем ты занимаешься, – я загибал пальцы, – медитации, молитвы, песнопения, йога, вегетарианство, посещение даршанов и сатсангов с просветлёнными существами, пожертвования в "Гринпис", "Международную амнистию" и "Свободный Тибет", чтение классической духовной литературы, очищение тела, воздержание от секса и так далее. Причина всего этого – в чём?

Она молча уставилась на меня, словно ответ был слишком очевиден, чтобы его излагать, но его необходимо