Библиотека

Айдын Али-заде

Исламский энциклопедический словарь
593 страниц
Исламский энциклопедический словарь

Предлагаемый вниманию читателей энциклопедический словарь является первым пособием на русском языке, в котором была сделана попытка разъяснения большинства основных понятий и терминов, которые используются в исламской традиции. Кроме того, в данном труде содержится достаточно подробная информация о различных правовых и вероучительных школах в Исламе, основах исламского вероучения, доктрине единобожия, содержится большой материал по различным мусульманским сектам. Здесь собраны также биографические данные о наиболее известных сподвижниках пророка Мухаммада и их последователях, об известных правоведах, мыслителях, толкователях Корана, каламистах. Даны и биографии многих членов семьи пророка Мухаммада. Имеется подробная информация по исламским первоисточникам - Корану и Сунне, их истории и методам толкования. Большинство из этих тем публикуется в русскоязычной исламоведческой литературе впервые.

Все темы и термины энциклопедического словаря изложены в алфавитном порядке. Помимо этого, книга дополнена тематическим разделом. В этом разделе, который приводится в конце словаря, все термины сгруппированы по темам. Читателям достаточно найти интересующую их тему, и ознакомиться с перечнем терминов, которые разъясняются в книге в алфавитном порядке. Таким образом, данный энциклопедический словарь задуман таким образом, чтобы он стал одновременно и кратким справочным пособием для любого человека, который желает ознакомиться с различными аспектами Ислама и мусульманской цивилизации. Такая структура книги также является новой и используется в русскоязычной исламоведческой литературе впервые.

Советуем почитать

Эра супергероев. История мира в 5 журналах и 3 комиксах
159 страниц
Эра супергероев. История мира в 5 журналах и 3 комиксах

Все, что пишут в книгах и газетах, есть ложь. Тем более ложь то, что показывают по ТВ. Этот мир вообще устроен немного не так, как вы привыкли думать. Но я попробую рассказать вам как.

По пути в сказку
Александр Сапегин
100 страниц
По пути в сказку

Кто-то плетет интриги, кто-то лишь стремится выжить. Когда не хочешь чувствовать себя в роли дичи — стань охотником. Жестокая сказка испытывает Андрея на прочность, методы у нее по прежнему далеки от человеколюбивых……

Преодоление
726 страниц
Преодоление

Никогда не разговаривайте с незнакомцами!

Лена Лаврова знала эту истину назубок, но как пройти мимо незнакомца, которого никто, кроме тебя, не видит и который утверждает, что он директор магической школы? В общем, Лена, несмотря на то что была отличницей, попалась на эту удочку. И хотя Ортен Маренс оказался не маньяком и даже не совсем обманщиком, его намерения были не вполне чисты. Архимаг из Дома Кайтида застрял в нашем мире, и ему позарез нужен был тот, кто обладал неистраченными магическими способностями. А Лена оказалась самым подходящим для этого человеком. Один неверный шаг, один опрометчивый поступок — и вот легкомысленная школьница попадает в мир, который называется Алкена и где ее ждет совсем не сказочная жизнь, полная опасности, приключений и магии…

Дорога шамана
397 страниц
Дорога шамана

Древняя магия леса столкнулась с нарождающейся магией холодного железа, и началась беспощадная война на выживание. В ее центре оказался юноша, не по своей воле соединивший волшебным мостом два враждующих мира. И только от него зависит, одержат ли победу дикие племена, где каждый человек умеет творить заклинания, или же их раздавит тяжелая поступь цивилизации.

"Дорога шамана" — первая книга новой трилогии "Сын солдата", вышедшей из-под пера признанного мастера фэнтези Робин Хобб. Мир, где разворачивается действие книги, не менее своеобразен, чем мир "Саги о Видящих", "Саги о живых кораблях" и "Саги о шуте и убийце", уже снискавших заслуженную популярность среди читателей.

Смотрите, Джейн забивает!
155 страниц
Смотрите, Джейн забивает!

Это Джейн.

Иногда немного в расстроенных чувствах. Порой немного упрямая. Немного уставшая от свиданий вслепую с мужчинами, которые водят фургоны с диванами в кузове.

Джейн Олкотт ведет существование Одинокой девчонки в большом городе. А еще она живет двойной жизнью. Днем она репортер, пишущий статьи о матчах хоккейной команды «Сиэтлские Чинуки», а особенно об их прославленном вратаре Люке Мартино́. Ночью она писатель, втайне ото всех создающий скандальные рассказы журнального сериала о приключениях «Медового пирожка», о котором говорят все мужчины.

Смотрите, Джейн вступает в спор.

Люк ясно выразил свое мнение о паразитах-репортерах, в том числе и о Джейн. Но если он думает, что может испортить ей жизнь, ему лучше подумать еще разок.

Смотрите, Джейн покоряет.

Всю жизнь Люка интересовала только его карьера. Последнее, в чем он нуждается, это острый на язык репортер – заноза в заднице, копающийся в его прошлом и путающийся у него под ногами. Но когда маленькая журналистка меняет свою черно-серую одежду на сексуальное красное платье, Люк понимает, что в Джейн есть намного больше, чем он увидел с первого взгляда.

Может быть, пришло время рискнуть. Может быть, пришло время воплотить фантазии в жизнь. Может быть, пришло время… позволить Джейн забить гол.

Правила убийцы
198 страниц
Правила убийцы

Убийца безжалостен и изобретателен. Он превращает каждое убийство в изощренную игру. Этот человек прекрасно осознает, что его нельзя назвать вполне нормальным, но это его даже устраивает. Он вывел для себя некие правила — правила убийцы — и оставляет на каждой жертве записку с очередным правилом, подписываясь кличкой Бешеный. Однако детектив Лукас Дэвенпорт не уступает ему по части изобретательности. Он навязывает убийце свою собственную игру, в которой может быть только один победитель. «Правила убийцы» — первый роман из серии супербестселлеров о детективе Лукасе Дэвенпорте.

Перекресток
506 страниц
Перекресток

В известном романе «Перекресток» описываются события, происходящие в канун Великой Отечественной войны.

Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена
579 страниц
Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена

Шедевром Стерна безоговорочно признан «Тристрам Шенди» (Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman). На первый взгляд роман представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов). Рассказ постоянно уходит в сторону, перебивается забавными и порою рискованными историями, каковые щедро доставляет широкая начитанность автора. Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Критика (прежде всего С.Джонсон) резко осудила писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман и составлен куда более внимательно, чем казалось современникам и позднейшим викторианским критикам. «Писание книг, когда оно делается умело, – говорил Стерн, – равносильно беседе», и, рассказывая «историю», он следовал логике живого, содержательного «разговора» с читателем. Подходящее психологическое обоснование он нашел в учении Дж.Локка об ассоциации идей. Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия). Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».

Герой романа Тристрам – вовсе не центральный персонаж, поскольку вплоть до третьего тома он пребывает в зародышевом состоянии, затем, в период раннего детства, возникает на страницах от случая к случаю, а завершающая часть книги посвящена ухаживанию его дядюшки Тоби Шенди за вдовой Водмен, вообще имевшему место за несколько лет до рождения Тристрама. «Мнения» же, упомянутые в заголовке романа, по большинству принадлежат Вальтеру Шенди, отцу Тристрама, и дядюшке Тоби. Любящие братья, они в то же время не понимают друг друга, поскольку Вальтер постоянно уходит в туманное теоретизирование, козыряя древними авторитетами, а не склонный к философии Тоби думает только о военных кампаниях.

Читатели-современники объединяли Стерна с Рабле и Сервантесом, которым он открыто следовал, а позже выяснилось, что он был предвестником таких писателей, как Дж.Джойс, Вирджиния Вулф и У.Фолкнер, с их методом «потока сознания».