Александр Карнишин
Вишенка
Сон был каким-то неприятным, как бывает неприятным красивый, но неудобный, тесный костюм. Вот вроде бы и модный он, и этикетка на внутреннем кармане пришита правильная — можно показывать всем и доказывать, если что, а — тесный. Под мышками жмет. По шее краем ворота натирает. Это так тебе лично кажется, что тесный. Мама говорит, что очень хороший и модный костюм. Папа говорит, мол, надевай, не парься, все путем! А он тесный, тесный! И от того неприятный.
И вот сон вроде был яркий, красивый, про лето и летние каникулы, которые как раз вот именно сегодня начались, а все равно какой-то неприятный. Что-то в нем было не так. Что-то жало и теснило со всех сторон. Неудобный он был, этот сон.
Поэтому Алексей даже обрадовался, когда его подергали за ногу, и строгий мамин голос сказал, что уже пора вставать, и что его ждет сейчас очень серьезный разговор. Она
Дед Мороз
Новый мэр был из Сибири. Он ходил по городу, недовольно крутя головой и презрительно щурясь:
— И вот это у вас называют снегом? И вот из-за этого пробки? И вот это — чистить?
При этом слово "это" он произносил так, как будто его вот-вот вытошнит. Местные тоже оглядывались, пожимали плечами в полной своей непонятливости и пытались еще что-то говорить:
— Ну, в том-то году совсем ведь ничего не было. А в этом — прямо настоящая зима! Вон, сугробы-то какие!
— Это — сугробы?
В общем, все было не так. И зима была не такая, и город зимой — совсем не такой. Поэтому мэр принял меры. Из далекой Сибири вместо порожняка эшелоны потянули снег, которого там всегда хватает. Дворники так же шоркали и шваркали большими жестяными лопатами по утрам. Вот только они теперь не убирали снег, а разбрасывали его, привезенный ночью на самосвалах в каждый двор. Специальным,
Все будет хорошо
— Ба! А ты войну помнишь?
Она вообще-то не бабушка, а прабабушка, но Димка называет ее просто — "ба". Бабушка всю его маленькую жизнь всегда была где-то рядом. Когда он ходил в детский сад, и его поднимали темным зимним утром с ревом и полным нежеланием двигаться, ба была рядом, и как-то быстро успокаивала его. По голове погладит, в мокрую от слез щеку поцелует, что-то расскажет смешным щекотным шепотом прямо в ухо о своих волшебных снах, потом покажет, как завязывать шнурки разными способами, затормошит всего. Он и не заметит, а уже у двери стоит, собранный полностью, одетый и с пластиковой лопаткой в руке.
Когда Димка пошел в школу, то по утрам всегда встречал его теплый свет на кухне, горячее вкусное какао, горячие оладушки, посыпанные сахарным песком или сладкая рисовая каша. И бабушка, сидящая в уголке и вяжущая крючком бесконечные половички или салфетки.
А вечером,
Это вовсе не новогодняя сказка, хотя заканчивается все хорошо. Вроде бы
Драконы?
Это такие огромные, бронированные, огнедышащие?..
Или такие разноцветные, порхающие с цветка на цветок?..
Может, такие обыкновенные, бородатые, на них еще грузы возят?..
Нет, это такие чешуйчатые, вроде больших прямоходящих ящериц, и живут совсем рядом с нами. Может быть, вот за этой стеной…
А вот и нет, они живут вообще на другой планете! И купаются в реках раскаленного металла…
Да нет же — они вообще неотличимы от людей! Ну, почти…
Конечно-конечно, они даже сидят в интернете и в блоги пишут, а на выходных окучивают грядки с редиской…
Да бросьте вы! Зачем редиска финансовому гению?..
Простите, а вы не подскажете, как можно стать драконом?..
У каждого автора этого сборника — свое собственное мнение о том, каков дракон с виду, что из себя представляет по своей сути, где живет, чем занят изо дня в день, как складываются его взаимоотношения с людьми.
Люди исчезали, пропадали, терялись всегда. Но в этом уральском городе, областном центре, началась настоящая эпидемия исчезновений. Конечно, в реальности нет ни этого города, ни этих событий. Смесь реальности, альтернативной истории страны, немного боевика и чуть-чуть непонятной фантастики.
Люди исчезали, пропадали, терялись всегда. Но в этом уральском городе, областном центре, началась настоящая эпидемия исчезновений. Конечно, в реальности нет ни этого города, ни этих событий. ...Но спрашиваю себя: а что бы делали наши власти, если бы такое случилось? Как бы вели себя люди? Ну, примерно так, наверное...
К месту сбора команда добиралась разными способами. Каждый отдельно, наособицу, сам по себе и сам за себя. Чтобы, даже если кого вдруг и прихватит местная безопасность, то остальные все равно могли бы добраться. И маршруты свои никто никому не сообщал заранее. Главное было запомнить точные координаты и приметы самого места сбора. Даже на картах никто не ставил точку карандашом. Слишком эта точка была близка к запретной зоне. То есть, даже так — Запретной Зоне. С большой буквы и первое, и второе слово. Последняя и главная на всей этой планете Запретная Зона. Та, куда уходили раз за разом лучшие поисковики, гордящиеся своим старинным званием сталкеров, и пропадали, как и не было их.
Но народ-то помнит, помнит…
И миллионера Алекса Старого помнит, того, который самым первым стал зарабатывать на сувенирах из чужих миров. И молодого еще Бомбу, славящегося своими шальными загулами после каждого успешного дела. И крепкого,
Когда во всем, что случалось, обвинили грамотеев, читать книги стало не просто не модно, но и опасно для многих. Грамотность и образованность свою показать хочешь? Получи! Все от вас, от шибко грамотных!
С одной стороны, народ, то есть то большинство, из которого народ состоит, он всегда прав. Не может большинство быть неправым. И если уж оно, это большинство, решило так, значит, были к этому предпосылки.
С другой стороны, оказалось, что книги-то еще есть - не все пожгли и потопили в "Год без книги". Нашлись люди, сохранившие том или два на память, или чтобы картинки посмотреть, если книга с картинками. А те, кто был в силах и при власти, так и целые библиотеки из десятков книг разного формата сумели сберечь. Только кому читать теперь эти книги? Детям? Но они же неграмотны. То есть, грамотнее простых селян, конечно, разумнее, ученее. Но не настолько, чтобы читать книги. А
Мелодичный звонок прервал мой холостяцкий ужин.
- Кто там? — на всякий случай спросил я.
- Интеллектуальная полиция! Откройте!
Трясущимися руками открываю стальную дверь, отодвигаю запоры - от этих не запереться. Тут же, оттолкнув меня в сторону, по комнатам разбегаются спецназовцы с автоматами наизготовку. За ними солидно и неспешно двигается инспектор, а сзади подталкивают соседей-понятых.
- Ну, вот и до вас мы дошли... Ну, что стоите? Сдаваться будем, или как?
- Сдаваться, — кивнул я слабо. — Конечно, сдаваться.
- Ну, показывайте, что у вас есть.
- Вот, — показал я на книжный шкаф и полки вдоль каждой стены. — Вот - все здесь.
- У-у-у, батенька... Этак мы весь день с вами будем разбираться. А у нас еще, вон, пачка ордеров! Лучше сами выдайте... Не берите грех на душу...
- Я специально разложил по годам.
- Готовились, что ли?
- Я - законопослушный гражданин!
Оказалось, что уже накопилось на небольшой сборник. И еще оказалось, что писать фентези интересно, и можно даже обходиться без колдунов и эльфов в тексте.
Чернуха, это когда беспросветно и мрачно. Жуть, кровища и грязища — и нет никакого света в конце тоннеля