Амели Нотомб - стр. 2
Лихо закрученный, почти детективный сюжет «Антихристы» рождает множество ассоциаций – от Библии до «Тартюфа». И вся эта тяжелая артиллерия пущена в ход ради победы девочки-подростка над пронырливой подругой, постепенно захватывающей ее жизненное пространство. А заодно – и над самой собой, над своими иллюзиями и искушениями.
Две юные героини – как почти везде у Амели Нотомб – вступают в схватку не на жизнь, а на смерть. Обеим по шестнадцать лет, но одна уже расцвела, а другая даже не верит, что это когда-нибудь произойдет. Гусеница смотрит на бабочку как завороженная, потому что красота для нее важнее всего. Но как только, опомнившись, она пускает в ход свое пока что единственное оружие – холодный и безжалостный ум, – интрига стремительно набирает обороты.
Название нового романа знаменитой Амели Нотомб «Зимний путь» отсылает читателя к одноименному вокальному циклу Франца Шуберта. Герой этих песен отвергнут любимой, он странствует по свету, обреченный на тоску и одиночество.
Зоил, центральный персонаж романа, утверждает, что несчастной любви не бывает. И все же ему суждено страдать: он влюбляется в девушку, которая не готова ответить на его чувства. Осознав, что у их отношений нет будущего, Зоил решается на отчаянный поступок…
Разговоры с незнакомцами добром не кончаются, тем более в романах Нотомб. Сидя в аэропорту в ожидании отложенного рейса, Ангюст вынужден терпеть болтовню докучливого голландца со странным именем Текстор Тексель. Заставить его замолчать можно только одним способом — говорить самому. И Ангюст попадается в эту западню. Оказавшись игрушкой в руках Текселя, он проходит все круги ада.
Перевод с французского Игорь Попов и Наталья Попова.
Амели Нотомб. Немного китайская сказка. Рассказ
ЛЮДИ склонны забывать все важное. Забыли и прекраснейший Дворец Облаков, где жил 10234 года назад Император самой великой страны в Поднебесной — Китая.
Дворец этот был так несказанно красив, что гостям приходилось надевать темные очки, чтобы не ослепнуть, так как стены его были покрыты алюминиевой фольгой, отчего он весь блестел и сверкал, как новехонькая кастрюля. Кто пожил там, уже не мог жить нигде больше: после этого Дворца все другие казались унылыми и заурядными.
Император Тон Шу скончался. Его похоронили вместе с 99 живыми женами. Это была очень волнительная церемония. Когда же истекли два года всеобщего траура, Главный Камергер Императорского двора попросил аудиенции у единственного сына покойного Императора, прекрасного принца Пинь Иня.
— Принц, — начал он с низким поклоном, — пора вам унаследовать престол вашего достопочтенного отца. Но вам известны китайские законы: принц не может стать императором, пока он не женат. Вам