Библиотека

Анастасия Егорьева-Канторович

Четыре статьи о писателе Льве Канторовиче
Анастасия Егорьева-Канторович Мирхат Мусин Юрий Герман
11 страниц
Четыре статьи о писателе Льве Канторовиче

Четыре статьи о жизни и творчестве Льва Владимировича Канторовича - писателя, художника и сценариста. Юрий Герман написал о Канторовиче так: "Лев Владимирович Канторович родился в Ленинграде в 1911 году. Ещё мальчиком-самоучкой он начал работать помощником художника в Театре юного зрителя и в эту же пору увлёкся иллюстрированием книг. Девятнадцати лет от роду Лев Канторович выпустил два интереснейших альбома; сильные, броские, энергичные рисунки молодого художника сразу же были замечены и оценены по достоинству.. В эту же пору Канторович оформил спектакль в театре Нардома - пьесу Всеволода Вишневского "Набег". В 1932 году Лев Владимирович ушёл матросом в знаменитую полярную экспедицию на "Сибирякове". Рисовать "из головы" в спокойной обстановке мастерской он не любил. Он был путешественником по характеру, по натуре. Поход "Сибирякова" был началом бесконечных отъездов Канторовича. Через год Лев Владимирович ушёл в экспедицию на "Русанове", после военной службы, навсегда привязавшей его к погранвойскам, Канторович отправился в высокогорную экспедицию на Тянь-Шань, затем с погранвойсками участвовал в освобождении Западной Украины и Западной Беларуси, потом провоевал всю финскую кампанию и погиб ещё совсем молодым человеком в бою в начале Великой Отечественной войны.

Работоспособность этого человека была поистине поразительной. Менее чем за десять лет он издал: "Пять японских художников", "Холодное море", сборник очерков об Арктике, книжку рассказов о пограничниках "Пост номер девять", "Граница" - сборник рассказов, "Рассказ пограничного полковника", сборник "Враги", повесть "Кутан Торгоев", ещё повесть "Александр Коршунов", книгу "Бой", сборник очерков "Пограничники идут вперёд", сборник рассказов "Сын Старика" и даже самоучитель по лыжному спорту под названием "Памятка лыжному бойцу". Кстати, эта последняя работа очень характерна для Канторовича, никогда не чуравшегося никакой работы. "Памятку" он написал потому, что она была нужна бойцам-пограничникам, и слово "нужно" решало вопрос.

Свои книжки о походах и путешествиях, о пограничниках и моряках, об Арктике и о нарушителях границы Канторович иллюстрировал сам.

Лев Владимирович так говорил о себе и о своей работе по радио перед самым началом Великой Отечественной войны:

- По-моему, самое большое удовольствие - сложить вещи в чемодан или заплечный мешок и отправиться в дорогу. В странствиях мне удалось провести треть моей жизни. Я был в нескольких полярных экспедициях, на лыжах ходил по Хибинам, плавал на яхте, пешком бродил по Кавказу, летал, ездил верхом, ездил на собаках, на оленях, и первые книжки, которые я написал, были очерками, описаниями путешествий...

Сначала я был рядовым пограничником, а потом очень много ездил по границе. Мне нравятся наши пограничники. Я стараюсь учиться у лучших из них. Мне нравится их жизнь. Я стараюсь показать жизнь на границе такой, как она есть, - со всеми трудностями и горестями, лишениями и опасностями. Вы знаете, что в Красной Армии некоторые бойцы срочной службы просят не увольнять их и дают обещание служить пожизненно. Я уже давно дал такое обещание командирам пограничных войск.

Художник-литератор-пограничник Лев Владимирович Канторович сдержал своё обещание. Он погиб 30 июня 1941 года в бою в составе отряда пограничников в кровопролитных сражениях под Выборгом.

В 1932 году он был награждён орденом Трудового Красного Знамени, немного позже - орденом Знак Почёта, а за боевые подвиги в первые дни войны (посмертно) - орденом Красного Знамени."

Канторович Лев Владимирович
Анастасия Егорьева-Канторович Лев Канторович
2 страниц
Канторович Лев Владимирович

Анастасия Всеволодовна Егорьева, жена писателя, художника и пограничника Льва Владимировича Канторовича, делится воспоминаниями о его жизни и творческом пути.

Советуем почитать

Голод
168 страниц
Голод

Вечная молодость для большинства не более чем недостижимая и прекрасная мечта. Но для Мириам Блейлок бессмертие – вечное проклятие, ибо оно связано со страхом перед одиночеством и неутолимой жаждой крови, имя которой – Голод.

(не) мой соавтор
138 страниц
(не) мой соавтор

У них — любовь как в сказке. Лене Вьюжной и Антону Знаменскому завидуют все. Они пишут под псевдонимами, но их роман на расстоянии стал легендой. Вот только в одном им не повезло: на пути у Антона случайно оказалась я. И влюбилась. Наверное, стоило бы отойти в сторону, но как, когда чувствуешь, что это любовь всей твоей жизни?

Вот только за волшебной сказкой скрывается яд, который совершенно не желает оставаться в прошлом.

Хотите узнать, каково это — быть писателем? Какой невозможной и откровенной бывает близость, когда вы пишете вместе и рассказываете друг другу всё? Каково это — знать друг друга до самого дна?

Узнайте.

Содружество кольца
571 страниц
Содружество кольца

Эта книга в представлении не нуждается. Ярчайшее явление в литературе fantasy. Даже скорее сама ее суть.

Огнем и мечом
959 страниц
Огнем и мечом

Самый прославленный роман Генрика Сенкевича, признанный классикой историко-приключенческой литературы, не однажды положенный в основу талантливых и увлекательных фильмов и многосерийных саг…

История смутного времени по-польски.

История жестокого и беспощадного противостояния народов Речи Посполитой – поляков, литовцев, украинцев…

История юного польского дворянина, его великой любви, личностного становления в лихую годину перемен и опасных приключений.

История, в которой реально существовавшие и вымышленные гением Сенкевича персонажи и события переплетены настолько плотно, что различить их не сможет даже самый придирчивый читатель…

Полуночная прогулка
76 страниц
Полуночная прогулка

Всю жизнь Джейн старалась доказать себе и родным, что достойна быть частью семьи Купер: много занималась, работала, чтобы достичь совершенства и стать идеальным доктором. Но мать, отец и сестра видели в ней только гадкого утенка и считали бездарной и неуклюжей. Да еще и любимый человек, с которым она мечтала создать семью, оставил ее ради другой женщины. Джейн опустила руки, решив посвятить себя работе и не заводить серьезных отношений… Пока не встретила на балу прекрасного незнакомца, который заставил ее вновь почувствовать себя желанной. Но страх быть покинутой преследует Джейн, и она не знает, сможет ли решиться на отчаянный шаг…

Речь премьер-министра У Черчилля в Палате Общин по случаю смерти Невилла Чемберлена - 'Дань Невиллу Чемберлену' - 12 ноября 1940 года
Уинстон Черчилль
3 страниц
Речь премьер-министра У Черчилля в Палате Общин по случаю смерти Невилла Чемберлена - 'Дань Невиллу Чемберлену' - 12 ноября 1940 года

Речь премьер-министра У.Черчилля в Палате Общин

по случаю смерти Невилла Чемберлена

"Дань Невиллу Чемберлену" - 12 ноября 1940 г.

Перевод: Ann Revnivtseva Mike Revnivtsev

12 ноября 1940 г.

Палата Общин

Со времени нашей последней встречи Палата Общин понесла тяжелую утрату в лице одного из наиболее выдающихся ее членов, в лице политика и слуги народа, который в течении лучшей части памятных трех лет был первым королевским Министром.

Жесткая и горькая полемика, которая велась вокруг него в последнее время притихла при известиях о его болезни и умолкла с его смертью. Платя дань чести и уважения выдающемуся человеку, ушедшему от нас, никто не обязан менять свое мнение о событиях ставших теперь частью истории; однако не надо забывать, что к концу жизни мы все можем отойти от наших прежних мнений и суждений под влиянием новых критических взглядов. Человеку не дано, к счастью, в какой-либо степени точно предсказывать или предвидеть

Элементарная педагогика, или Как управлять поведением человека
201 страниц
Элементарная педагогика, или Как управлять поведением человека

Осмыслив мировой педагогический опыт и не делая сенсационных открытий, автор, учитель средней школы, предлагает читателям свой путь овладения конкретной педагогической техникой воспитательного процесса, вычленяя ряд методов, приемов и правил.

Книга снабжена небольшим педагогическим задачником.

Для учителей, воспитателей, родителей и широкого круга читателей.