Антон Темхагин
Советуем почитать
У них — любовь как в сказке. Лене Вьюжной и Антону Знаменскому завидуют все. Они пишут под псевдонимами, но их роман на расстоянии стал легендой. Вот только в одном им не повезло: на пути у Антона случайно оказалась я. И влюбилась. Наверное, стоило бы отойти в сторону, но как, когда чувствуешь, что это любовь всей твоей жизни?
Вот только за волшебной сказкой скрывается яд, который совершенно не желает оставаться в прошлом.
Хотите узнать, каково это — быть писателем? Какой невозможной и откровенной бывает близость, когда вы пишете вместе и рассказываете друг другу всё? Каково это — знать друг друга до самого дна?
Узнайте.
Республика обречена на гибель, и не понять этого уже невозможно.
Теперь каждому испанцу предстоит решить для себя, что ему дороже - жизнь или свобода, абстрактные идеалы - или собственное мещанское благополучие.
И зачастую этот выбор окажется очень, очень нелегким...
Такова основная идея драмы Эрнеста Хемингуэя "Пятая колонна" - сильного, мощного произведения, завораживающего читателя фактурой образов и напряженностью сюжета.
Еще недавно юная Пруденс Абернати была скромной портнихой и даже не смела мечтать о любви и семейном счастье… а сегодня она одна из богатейших невест Лондона! И все благодаря завещанию отца, о котором она ничего не знала.
По условиям завещания наследница миллионов обязана в течение года вступить в законный брак. И теперь ее осаждают самые знатные женихи Англии.
Однако Пруденс уже сделала свой выбор. Она очарована легкомысленным повесой Рисом Де Уинтером, герцогом Сент-Сайресом. Разоренный герцог необыкновенно красив и не имеет себе равных в покорении женских сердец.
Но способен ли грешный герцог любить?..
Алексис Филдинг хочет больше узнать о прошлом своей матери, но София тщательно скрывает его: известно лишь, что она выросла в маленьком критском городке и в юности перебралась в Лондон.
Во время путешествия по Криту Алексис приезжает и в селение Плака, где до сих пор живет подруга родственницы Софии. Недалеко в море девушка видит остров Спиналонга – в прошлом здесь располагалась колония для больных лепрой, прокаженных… Какую роль в жизни ее предков сыграл этот остров и какие тайны скрывает внешне благополучная жизнь?..
Жизнь магов четко расписана по пунктам и утверждена Законом, и расплата за непокорность и своеволие слишком велика. После гибели родителей я старалась жить незаметно и не привлекать к себе лишнего внимания. Но судьба все решила за меня. Когда младшую сестру выставили на торги, нам пришлось бежать из Москвы. Харизматичный шеф или таинственный Страж? Кто из них сумеет спасти отчаявшуюся ведьму, когда кольцо сомкнется?
Жена миллиардера Арсена Ямпольского должна быть не просто красивой, она должна быть особенной, это не его личная прихоть и блажь, а жизненная необходимость, иначе никто НЕ ПОВЕРИТ. А ему нужно, чтобы поверили. Что он влюблен. Что у него снесло крышу от любви. Что Арсен Ямпольский душу готов продать за свою молодую жену. Значит она должна быть именно такой — юной, красивой, за которую можно не задумываясь отдать состояние. И чтобы ни у кого не возникло и тени сомнения. Эта книга — мидквел к роману «Он тебя не любит(?)»
Вы когда-нибудь летали? Так чтоб не во сне и не в кресле пассажира?
Герой книги летал как птица: никаких стенок вокруг и кресла под задницей, а вместо иллюминатора — весь мир, пока травма не забрала у него реальные крылья. Для таких как он это билет в алкогольное забытье на дне общества. Но в одном виртуальном мире уже стартовал тест летающих персонажей, незамысловато названных «икарами». Это второй шанс. А также способ выяснить, кто круче в воздушном бою — драконы и гарпии, управляемые искусственным интеллектом, или все же реальный опыт?
Дина Рубина
"МАЙН ПИДЖАК ИН ВАЙСЕ КЛЕТКА..."
В ранней юности (а прошла она в Ташкенте, городе, по многим причинам, особом, и когда-нибудь я об этом напишу), варясь в крепком бульоне, настояном на ста четырех национальностях, я была глубоко убеждена, что чувства, реакции и этические посылы всех на свете людей соответствуют более или менее единому образу. Сейчас я понимаю, что Ташкент был уменьшенной моделью того самого плавильного котла, о котором так тоскуют американские и израильские социологи.
Кстати, до последнего времени я была уверена, что ташкентская модель оказалась более удачной, потому что... да Бог знает - почему! Возможно, потому, что речь идет о моих детстве и юности. Вообще, своей "ташкентскости", иначе говоря - провинциальности я перестала стесняться совсем недавно, постепенно осознавая и даже любовно (потому, что запоздало) культивируя в себе теплую поэзию землячества.
Итак, под ташкентским солнцем я была - все мы, дети, были - некой однородной