Бим Бэкман
Советуем почитать
Доктор Аврана Керн проводит эксперимент по наделению животных разумом. Терраформированная планета должна стать домом для обезьян, с которыми спустя века Керн мечтает говорить как с равными. Но по Земле и ее колониям прокатывается война. Эксперимент и его наблюдатель отрезаны от всех. Через две тысячи лет на сигнал бедствия Керн прилетает корабль-ковчег с остатками человечества. Мир Керн его последняя надежда. Кажется, пропасть непонимания между последними людьми и экспериментальным видом непреодолима, ведь разум обрели не обезьяны, а совсем другой вид.
1985. УСТАЛОСТЬ.
8.07.1985. Что такое середина лета для летчика?
Работа, работа, каторжный труд, бессонные солнечные ночи, задержки, нервотрепка из-за сбоев, неразберихи, отсутствия машин и топлива, – и за всем этим – тысячи и тысячи людей, перемещенных в пространстве и времени, ошалелых и счастливых.
Надо заглянуть в глаза сходящим с трапа пассажирам – и оправдаются резь в глазах, и мокрая спина, и гудящие ноги…
Встречаем сотый или тысячный рассвет в полете. Проводница вошла в кабину, любуется восходящей на бледном горизонте Венерой, ахает и восторгается. Ахай, ахай, какие твои годы…
А у меня гудят, ревут, места себе не находят бедные мои ноги. Вроде и не топтался, вроде и поспал, ну, полежал перед вылетом, а вот в полете, на эшелоне, не могу их пристроить. Снял башмаки, засунул горящие ступни между педалями, поближе к патрубку обдува, – вроде полегче. Нет, ноют, ломят, крутят опять. Между педалями тесно, пальцы упираются
Веселая, с элементами фантастики, повесть о пятиклассниках — юных исследователях и конструкторах, в которой затрагиваются глубокие нравственные проблемы.
Записки о приключениях Давида Бальфура в 1751 году, о том, как он был похищен и потерпел крушение; о его страданиях на пустынном острове; о его странствовании по диким горам; о его знакомстве с Аланом Бреком Стюартом и другими выдающимися якобитами шотландской горной области; и обо всем, что он претерпел от рук дяди своего Эбенезера Бальфура, ложно именовавшегося владельцем Шооса, писанные им самим и ныне изданные Робертом Льюисом Стивенсоном.
Перевод: О. Ротштейн
Когда возникает угроза жизни ребенку, близкие готовы пойти на все. Вот и Никите Зимину пришлось ради внучки друга отправиться, как в той сказке, незнамо куда в поисках неизвестно чего. И чудеса на этом не закончились. Из родной Земли, проездом через Запределье… да в магический мир Беловодье — туда, где в великом Нью-Китеж-граде живут маги, творящие настоящее волшебство. Увы, великим чародеем Никите стать было не суждено, но и на мага-пустышку нашлись свои покупатели, да такие ярые, что пришлось становиться станционным смотрителем и сбегать от недоброжелателей на внешку, пугающую даже обывателей магического города. Все бы ничего, только за хлипким забором станции живут такие соседи, что от одной мысли о более близком знакомстве с ними в дрожь бросает.
Ловец удачи отправляется в самое сердце волшебного леса, где пересекаются два мира. Он спешит туда, чтобы вызволить принцессу из замка рыжеволосого разбойника и завоевать ее сердце, руку и полкоролевства в придачу. Вместе с ловцом удачи отправляются его сводная сестра, сведущая в магии и в любовных утехах, и сенешаль Ги де Маньяр…
В первый том Собрания сочинений Генрика Сенкевича (1846-1916) входят его повести и рассказы: "Старый слуга", "Ганя", "Наброски углем", "Комедия ошибок", "В прериях", "Ангел", "Янко-музыкант", "Орсо", "За хлебом", "На маяке", "Встреча в Марипозе", "Бартек-победитель", "Сахем", "Журавли". Перевод с польского: Е. Рифтиной, Е. Карловой, М. Абкиной, Е. Лысенко, Н. Подольской, В. Короленко, И. Добровольской, М. Вальдена, П. Ахромовича. Предисловие и примечания Б. Стахеева.
Роберт ХАЙНЛАЙН
РАКЕТНЫЙ КОРАБЛЬ "ГАЛИЛЕЙ"
Глава 1
"И ПУСТЬ ВЗРЕВЕТ РАКЕТА"
- Все готовы? - Юный Росс Дженкинс взволнованно оглядел двух своих товарищей. - Арт, как там твоя камера? Надеюсь, на сей раз ты не забудешь снять крышку с объектива? Трое юношей притаились за высокой и толстой бетонной стеной длиною около десяти футов. За ней возвышалась надежно врытая в землю стальная платформа, к которой был привинчен зловещий и безобразный с виду заостренный металлический снаряд - ракета. По обе стороны корпуса виднелись кронштейны, к которым полагалось крепить стабилизаторы, но те были сняты: ракету установили для проведения эксперимента. - Так что с камерой, Арт? - продолжал допытываться Росс. Парень, к которому он обращался, выпрямился во весь свой рост - пять футов три дюйма - и взглянул Россу в лицо. - Смотри сам, - ответил он, - крышку я, конечно же, снял. И нечего меня попрекать. Ты бы