Дмитрий Глуховский - стр. 2
Август выдался удивительно мягким и благостным. Свирепых сибирских комаров, которые обычно как раз в этот месяц разворачивали последнее решающее наступление на человечество, на сей раз унесло куда–то игрой циклонов.
Пару недель назад случилось, правда, небольшое землетрясение, но по сравнению с прошлогодним августовским пеклом и лесными пожарами, которые чуть не пожрали и Борисовку, и соседнее Грязево, и сам райцентр — Мантурово, толчки казались неправдоподобно легкой расплатой. Словно ждали червонец строгого режима, а отделались тремя годами условно.
Главной неприятностью было то, что в телевизоре теперь пропал сигнал.
— Как–то там Андрюша… – ковыряясь резиновым наконечником клюки в земле, переживала Ангелина Степановна.
С тех пор, как от Андрюши ничего не было больше слышно, вечерние посиделки было решено перенести во двор Нины Прокофьевны, благо комары не докучали.
— Нехорошо ему на голове навертели, — покачала головой Анна Павловна. – Растрепанный такой, словно бошку не мыл неделю, да еще и
Он пришел сюда с одной целью: найти того, кто уже давно его ждет. Он подпилил решетку, при этом поранив руку о ржавый прут. Лишь бы сторож его не заметил… И вот он уже у цели, он видит клетку, а в ней волк, зеленые огни глаз. И он смотрит на него…
Произведение из авторского сборника «Рассказы о животных», 1999 г.
Ночь
Мягкая серая пыль запечатлеет каждый мой шаг, она будет лениво вздыматься и медленно оседать, выхваченная из мрака мутным светом ржавой осенней луны, и в эту пыль цепочкой следов будут утекать мои силы, пока не покинут меня совсем. И недолго уже осталось до этой минуты. Вначале я шёл бодро, уверенно печатая шаг, но багровое солнце покинуло меня, напоив светом своего последнего луча мой взор и провалившсь после в преисподнюю, а мягкая сухая пыль жадно впитала в себя мои силы и мою решимость…
Тяжёлые чёрные тучи заглотили уже почти весь небосвод, задавив своими тушами такие близкие всегда звёзды и лишив меня их сияния, и теперь льнут к земле, всё ниже и ниже, и только редкие проблески бессильной луны не дают отчаянию овладеть моим существом. И не гаснет блик в моих глазах, таящийся в их глубине даже в полной тьме, ибо он — не отражение света, приходящего
Новое произведение Дмитрия Глуховского — автора небезызвестного «Метро 2033». К запланированному переизданию в новом оформлении автор пишет несколько рассказов из мира Метро, независимых от сюжета книги или дополняющих его, под общим названием «Апокрифы».
Произведение из авторского сборника «Ночь», 1998 г.
Рассказ Дмитрия Глуховского о том, как творческий кризис самого главного Сисадмина чуть было не поставил под угрозу организацию хитроумной политической интриги и зрелищность яростных предвыборных дебатов…
Произведение из авторского сборника «Ночь», 1998 г.
Дмитрий Глуховский
Наследие Собянина
— Наше дело маленькое, — Зафарджон разводит руками. — Сказали снимать — снимаем. Ты, уважаемый, отойди пожалуйста, тут люди сейчас работать будут. Асфальт класть.
— Ну а тебе самому-то как больше нравится? — не сдаюсь я. — С брусчаткой или с асфальтом?
— Мне вообще-то с асфальтом. Так убираться удобнее будет, — стеснительно улыбается Зафарджон. — Плитка эта очень надоела. В щели грязь набивается. Эй! Осторожно!
И он буквально выхватывает меня из-под сдающего задом катка.
Тот разворачивается, выходит на боевую позицию и ползет вперед — мимо гор выбитой из земли брусчатки — давя своим чудовищным весом рассыпчатый асфальт, оставляет за собой черную дымящуюся полосу. Идеально ровную и гладкую. Сначала она чуть выделяется на растущем асфальтовом поле, но через несколько мгновений полностью сливается с ним.
Исходящий от свежего асфальта сладковатый пар мешается с рассветной дымкой; стены древнего Кремля нежным светом красит солнце. Копошатся оранжевыми муравьями таджики на почти целиком уже заасфальтированной
ЧЕ ПОЧЕМ
(Рассказ для журнала "Русский Пионер")
Плов получился жидковатым, но за три месяца Абдурахим к такому успел привыкнуть. Расскажи он кому в родном Понгозе, что плов можно готовить из небритых куриных ляжек, жира в которых было не больше, чем в расчерченном на квадраты Абдурахимовом животе, его бы точно засмеяли.
Нет, настоящий плов должен быть густым и слипшимся от желтого бараньего жира, и есть его положено, конечно, не ломкими пластмассовыми вилками, а пальцами, уминая рис и отправляя себе в рот комки размером с детский кулак.
Но откуда ему было взять хорошего барашка в слякотной задымленной Москве? Для Абдурахима столица России оказалась совсем небольшой: с квадратный километр, и то вряд ли. Нет, за трехметровым бетонным забором Москва продолжалась, продолжалась сколько хватало глаз, но туда Абдурахиму и его соплеменникам путь был заказан.
Пробраться через КПП в ближайший табачный киоск еще можно. На далекой солнечной родине он по
Третья мировая стерла человечество с лица Земли. Планета опустела. Мегаполисы обращены в прах и пепел. Железные дороги ржавеют. Спутники одиноко болтаются на орбите. Радио молчит на всех частотах. Выжили только те, кто, услышав сирены тревоги, успел добежать до дверей московского метро. Там, на глубине в десятки метров, на станциях и в туннелях, люди пытаются переждать конец света. Там они создали себе новый мирок вместо потерянного огромного мира. Они цепляются за жизнь изо всех сил и отказываются сдаваться. Они мечтают вернуться наверх – однажды, когда радиационный фон от ядерных бомбардировок спадет. И не оставляют надежды найти других выживших…
«Метро 2035» продолжает – и завершает историю Артема из первой книги культовой трилогии. Эту книгу миллионы читателей ждали долгие десять лет, и права на перевод иностранные издатели выкупили задолго до того, как роман был окончен. При этом «2035» – книга независимая, и именно с нее можно начать посвящение в сагу, которая покорила Россию и весь мир.