Джек Тодд
Советуем почитать
«Азазель» – первый роман из серии о необыкновенном сыщике Эрасте Фандорине. Ему всего двадцать лет, но он удачлив, бесстрашен, благороден и привлекателен. Юный Эраст Петрович служит в полицейском управлении, по долгу службы и по велению сердца расследует крайне запутанное дело.
Такой важной, сложной и ответственной операции американские спецслужбы не проводили уже давно. Ее результатом должен стать прямой выход на главарей международного террористического движения и, может быть, на самого Усаму бен Ладена. Для этого ЦРУ внедряет в среду террористов трех агентов. Одного из них решено использовать «вслепую», второго просветить насчет истинного задания лишь частично; и лишь третий будет полноценным агентом внедрения. В случае провала одного из агентов внимание террористов будет отвлечено и оставшиеся шпионы смогут продолжить работу. Но кто из тройки падет жертвой шпионской игры? И все ли учли аналитики из Лэнгли?..
Новый год Белли отсчитывает не с первого января, а с первого… июня. Все самое волшебное случается в это солнечное, теплое и счастливое время. Каждый год она вместе со своей семьей уезжает на каникулы в пляжный дом к Сюзанне и ее сыновьям Джереми и Конраду. Они были ее семьей, ее «братьями»… до тех самых пор, пока одним летом все бесповоротно не изменилось.
Семья Моррис заблудилась в поисках зоопарка. По дороге они попадают в Кошмарию, страну оживших ночных ужасов. В ней почти нет посетителей, нет телефонов, а служители наряжены монстрами. Похоже, что здесь очень интересно. Правда, «Смертельный спуск» с горы что-то уж слишком опасен. А «Зеркальный дворец» вообще отбивает всякую охоту развлекаться. Все шутки в парке ужасов чересчур зловещие. Переходят всякие границы. Держись, читатель! Тебе скоро станет страшно.
Два разных мира, два разных человека.
Она — среднестатистическая девушка, таких Вы встречаете каждый день на улице, в магазине, в метро. Таких как он, Вы тоже видите, но в журналах, по телевизору, в интернете.
Они не могли встретится. Никак не могли! Но встретились… Человек предполагает, а Бог располагает!
В мире тьмы, где такие, как он, почти полностью истреблены, семнадцатилетний Джин делает все, чтобы остаться незамеченным.
Тихая, идеально продуманная жизнь Джина рушится, когда его выбирают для участия в Охоте — жестокой игре, в которой победитель получает самый желанный приз. Удастся ли Джину сохранить свой секрет, когда одно неловкое движение может разоблачить его сущность?
Или Охота начнется на него?
«Это как „Голодные игры“… но намного мрачнее». Amazon.com
Шедевром Стерна безоговорочно признан «Тристрам Шенди» (Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman). На первый взгляд роман представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов). Рассказ постоянно уходит в сторону, перебивается забавными и порою рискованными историями, каковые щедро доставляет широкая начитанность автора. Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Критика (прежде всего С.Джонсон) резко осудила писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман и составлен куда более внимательно, чем казалось современникам и позднейшим викторианским критикам. «Писание книг, когда оно делается умело, – говорил Стерн, – равносильно беседе», и, рассказывая «историю», он следовал логике живого, содержательного «разговора» с читателем. Подходящее психологическое обоснование он нашел в учении Дж.Локка об ассоциации идей. Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия). Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».
Герой романа Тристрам – вовсе не центральный персонаж, поскольку вплоть до третьего тома он пребывает в зародышевом состоянии, затем, в период раннего детства, возникает на страницах от случая к случаю, а завершающая часть книги посвящена ухаживанию его дядюшки Тоби Шенди за вдовой Водмен, вообще имевшему место за несколько лет до рождения Тристрама. «Мнения» же, упомянутые в заголовке романа, по большинству принадлежат Вальтеру Шенди, отцу Тристрама, и дядюшке Тоби. Любящие братья, они в то же время не понимают друг друга, поскольку Вальтер постоянно уходит в туманное теоретизирование, козыряя древними авторитетами, а не склонный к философии Тоби думает только о военных кампаниях.
Читатели-современники объединяли Стерна с Рабле и Сервантесом, которым он открыто следовал, а позже выяснилось, что он был предвестником таких писателей, как Дж.Джойс, Вирджиния Вулф и У.Фолкнер, с их методом «потока сознания».