Эрнст Гомбрих
Советуем почитать
Недавно, просматривая «Старые годы», я снова перечитал статью о художнике Федоре Калмыке, который в Карлсруэ сделался придворным живописцем баденских герцогов. И захотелось рассказать о другом калмыке — он мог бы стать личным живописцем папы римского, а при русском дворе императора Николая I его лишили громкого титула «русского Рафаэля».
Окунемся в старину. Однажды калмыцкая орда, населявшая приволжские степи, вдруг стронулась со своих кочевий в сторону далекой страны Джунгарии. Екатерина II послала за ордой погоню, и в 1776 году казаки нашли в покинутом улусе плачущего мальчика в желтых сапожках. Кто он такой, не выяснили. Сироту отправили в Московский Воспитательный дом, где его крестили, он стал писаться Алексеем Егоровичем Егоровым. Мальчик подрос, а тогда не было дурной привычки спрашивать: кем, миленький, стать хочешь? Детей, воспитанных на казенный счет, строили по ранжиру: ты — в музыканты, тебя — в сапожники, ты ступай в балет, а тебя — в повара…
В день когда я узнаю о своей беременности, я становлюсь свидетельницей измены своего мужа. Мои чувства растоптаны, я полностью разбита. Впереди развод и неизвестность.
Я никогда не смогу простить его, поэтому не признаюсь, что ношу под сердцем нашего ребенка.
Вот только три года спустя мы сталкиваемся вновь. Я — консультант в магазине одежды. Он — с кольцом на пальце, как всегда безупречен. Я думала, что чувства давно остались в прошлом, вот только сердце отчего-то бьется словно бешеное в груди. Как и в первую нашу встречу…
В мире будущего люди живут в герметичном Городе. Вместо мяса – соя, бумагу и ткань заменил пластик, за чистотой улиц следят мультиботы, а для более сложных работ есть синтеты – искусственно выращенные люди. «Саморожденные» теперь появляются на свет исключительно редко. Их собирают в Коллекторе, обучают и изучают: у каждого есть уникальные способности, и каждый, став взрослым, может и должен быть максимально полезным Городу. Каждый… кроме Кима. Ему нет места в Городе. Подкидыш, чужак-одиночка: ни родителей, ни друзей, ни талантов. Разве что один; и Ким дорого бы дал, чтобы от него избавиться. Но можно ли отказаться от того, кто ты есть? Тем более, если твоя тайна способна изменить не только твоё будущее?
Фрагменты двухтомной монографии "Очерки истории чумы", описывающие картины наиболее ошеломляющих чумных эпидемий и пандемий на протяжении истории.
Когда два года работаешь без отдыха, то провести свой законный и долгожданный отпуск хочется так, чтобы потом с удовольствием вспоминать о нем всю жизнь. Ну или хотя бы до следующего отпуска. Отличный современный вариант — попадан-путешествие в другую реальность. Тем более что вы сами можете выбрать мир, спланировать сценарий и… заказать подходящих вам мужчин. Правда, у миров, проходящих по акции в турагентстве, высокий индекс попаданства, что грозит всякими неожиданностями, но… как устоять перед волшебным словом «скидка»? Так что, рискнем?
Книга, номинированная на Букеровскую премию, буквально взорвала отечественный книжный рынок и обрела не просто культовый, но - легендарный статус!
Повесть, в которой тема взросления будто переворачивается с ног на голову и обретает черты сюрреалистического юмора!
Книга, в которой гомерически смешно и изощренно зло пародируется сама идея счастливого детства.
Чуткий и умный Санаев все правильно понял. Оттого ценность его повести возрастает, и ей гарантировано место в истории русской литературы.
Далекая планета Асгард живет будничной жизнью — межпланетное сообщество ученых ведет неспешные научные разработки, одинокие искатели торят новые пути в неизведанное, галактические гангстеры не забывают о своем куске пирога. Бесшабашный космический старатель Майк Руссо по своей и по чужой воле отправляется к центру планеты — и обнаруживает внезапно, что где-то там, далеко внизу, горит свет еще не известной жизни. А по пятам следует опасность, и она подбирается все ближе и ближе.
"Фултонскую речь" У.Черчилля историки считают стартовой точкой "холодной войны" западных союзников против СССР.