Евгений Плотников
Советуем почитать
Городу нужен хранящий, хоть какой-то. Такое решение принял совет. Нужен, так нате вам. Так решили семьи хранящих в других городах. И отправили тех, кого не жалко. Так что у Хията проблемы. Ему необходимо не попасться. И не позволить пришельцам навредить городу тоже надо. И обновить защиту жизненно необходимо. И помочь мертвым девушкам не помешало бы, и…
Яр Бесов – пришел в нашу школу и ввёл свои правила. Грубый и вульгарный мажор, чьё внимание я не хотела привлекать, но мне не повезло. Теперь он приносит мне одни лишь проблемы…
Яна Савушкина – невзрачная заучка, на которую пало мое внимание. Робкая и мягкотелая. Она сразу мне не понравилась. Я буду издеваться над ней ради забавы.
С давних пор в российском общественном мнении устоялась точка зрения на военное дело Российского государства раннего Нового времени (вторая половина XV – конец XVII в.) как на нечто архаичное, примитивное и отсталое. Сформировавшийся в петровское время яркий образ московского ратного человека, мечтающего о том, чтобы государю послужить не вынимая сабли из ножен, оказал неизгладимое впечатление на последующие поколения отечественных историков, пренебрежительно расценивавших уровень развития русского военного дела московской эпохи. Между тем такие уничижительные оценки находятся в явном противоречии с исторической реальностью. За два с половиной столетия, с середины XV по конец XVII в., Российское государство достигло на внешнеполитическом поприще немалых успехов: не только покорило три татарских «царства», одолело в двухсотлетней войне Польско-Литовское государство, но и само стало империей. Добиться столь впечатляющих успехов, не имея в своем распоряжении надежного и эффективного «последнего довода королей» – хорошего, боеспособного войска и надлежащего уровня развития военного дела, – было бы невозможно.
Но что представлял собой этот самый «последний довод» московских государей, благодаря которому они сумели добиться столь впечатляющих успехов? На этот вопрос отвечает книга доктора исторических наук, профессора В. В. Пенского, которая рассказывает о том, каким было русское военное дело второй половины XV – начала XVII в., когда была создана, прошла проверку в многочисленных боях и походах московская военная машина. Речь в этом исследовании идет не о сражениях, а именно об истории военного дела: численности государева войска, особенностях его структуры и управления, логистике, военных финансах, тактике и стратегии, осадном деле, вооружении и многом другом.
Пенелопа Коллинз выросла в семье, где царят многочисленные правила и ограничения. Рэйф Эдвардс – преуспевающий бизнесмен, который когда-то был мальчишкой из детского приюта, привыкшим нарушать все правила. Хотя эти двое – полная противоположность, их неудержимо тянет друг к другу, но Рэйф считает, что не создан для серьезных отношений…
Читатели уже знакомы с героями первой части романа – четырьмя подругами и дочерью одной из них. Кульминационный момент «Кружево-2» – похищение Лили во время ее поездки в Турцию. Похититель и цель преступления окажутся очень неожиданными.
Продолжение романа «Кружево». Главные герои – Лили, молодая кинозвезда, и ее мать Джуди Джордан, с которой наконец-то она встретилась в конце первой книги. Присутствуют и три школьные подруги Джуди, судьба которых подробно прослеживается в первой части романа. Все они – преуспевающие элегантные женщины. Описание семейных драм и профессиональных успехов, обилие эротических сцен – все это характерно и для новой книги Ш. Конран.
I
На улице Нев-Сент-Огюстен экипажи, запрудившие мостовую, задержали фиакр, в котором Октав со своими тремя чемоданами ехал с Лионского вокзала. Несмотря на довольно чувствительный холод пасмурного ноябрьского дня, молодой человек опустил стекло. Его поразило, как быстро сгущались сумерки на этих узеньких, кишевших людьми улицах. Брань кучеров и фырканье подхлестываемых лошадей, непрерывная толкотня на тротуарах, длинная вереница тесно прижавшихся одна к другой лавчонок, битком набитых приказчиками и покупателями, — все это ошеломило его. Он представлял себе Париж менее грязным и никак не ожидал увидеть здесь столь ожесточенный торг; в этом городе — почувствовал он — есть чем поживиться молодчикам с крепкой хваткой.
— Вам ведь в пассаж Шуазель? — наклонившись с козел, спросил кучер.
— Да нет, улица Шуазель… Если не ошибаюсь, это новый дом…
Фиакру оставалось только повернуть, дом оказался вторым от угла. Это было внушительное пятиэтажное каменное здание, выделявшееся своей белой, лишь слегка тронутой желтизной окраской на фоне
Кровь и магия приковали их друг к другу. Брат и сестра, охотник и жертва. Любовь для них запретна, но разомкнуть цепь привязанности невозможно.
Есть ли выход, кроме взаимного разрушения?
В сожженной столице продолжаются игры вокруг престола. Маги, принцы, министры, солдаты, боги, пленницы и королевы — игроки, фигуры или разменные пешки?
За их спинами маячит тень заокеанского магического ордена… И его Великого Магистра — могущественной ведьмы, в чьих руках кукловоды становятся марионетками…
Книга посвящена проблемам, связанным с древними пирамидальными сооружениями, целый ряд которых совершенно не вписывается в принятую историками версию их создания египтянами, майя и другими известными цивилизациями. Реальные артефакты указывают на присутствие в этих пирамидах следов технологий, которые порой превышают возможности даже современного общества. И это заставляет пересмотреть как историю создания пирамид, так и версию их назначения в качестве гробниц. В основу анализа положены материалы, собранные в целом ряде экспедиций Фонда развития науки «III тысячелетие».
Эта книга открывает новую серию под общим названием «Запретные темы истории», в которой рассматриваются факты и теории, откровенно замалчиваемые археологами и историками.