Библиотека

Генри Хэзлитт

Типичные ошибки государственного регулирования экономики
221 страниц
Типичные ошибки государственного регулирования экономики

Написанная блестящим стилем, книга Г. Хэзлитта является уникальной в том, насколько интересно и доступно излагается сложнейшие проблемы государственного вмешательства и регулирования экономики. Как показывает практика, проблемы, описанные автором на примере анализа взаимодействия государства и экономики США, широко встречаются и в других странах. Не является исключением и Россия: ни одна из описываемых проблем не отсутствует в нашей стране. Причем, как показывает практика, в силу отечественной специфики, острота рассматриваемых проблем применительно к нашему государству, во много раз выше.

Советуем почитать

На заработках
Николай Лейкин
1891
157 страниц
На заработках

Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра».

Большое влияние на творчество Л. оказали братья В.С. и Н.С.Курочкины. С начала 70-х годов Л. - сотрудник «Петербургской газеты». С 1882 по 1905 годы — редактор-издатель юмористического журнала «Осколки», к участию в котором привлек многих бывших сотрудников «Искры» — В.В.Билибина (И.Грек), Л.И.Пальмина, Л.Н.Трефолева и др.

Фабульным источником многочисленных произведений Л. - юмористических рассказов («Наши забавники», «Шуты гороховые»), романов («Стукин и Хрустальников», «Сатир и нимфа», «Наши за границей») — являлись нравы купечества Гостиного и Апраксинского дворов 70-80-х годов. Некультурный купеческий быт Л. изображал с точки зрения либерального буржуа, пользуясь неиссякаемым запасом смехотворных положений. Но его количественно богатая продукция поражает однообразием тематики, примитивизмом художественного метода. Купеческий быт Л. изображал, пользуясь приемами внешнего бытописательства, без показа каких-либо сложных общественных или психологических конфликтов. Л. часто прибегал к шаржу, карикатуре, стремился рассмешить читателя даже коверканием его героями иностранных слов. Изображение крестин, свадеб, масляницы, заграничных путешествий его смехотворных героев — вот тот узкий круг, в к-ром вращалось творчество Л. Он удовлетворял спросу на легкое развлекательное чтение, к-рый предъявляла к лит-ре мещанско-обывательская масса читателей политически застойной эпохи 80-х гг. Наряду с ней Л. угождал и вкусам части буржуазной интеллигенции, с удовлетворением читавшей о похождениях купцов с Апраксинского двора, считая, что она уже «культурна» и высоко поднялась над темнотой лейкинских героев.

Л. привлек в «Осколки» А.П.Чехова, который под псевдонимом «Антоша Чехонте» в течение 5 лет (1882–1887) опубликовал здесь более двухсот рассказов. «Осколки» были для Чехова, по его выражению, литературной «купелью», а Л. - его «крестным батькой» (см. Письмо Чехова к Л. от 27 декабря 1887 года), по совету которого он начал писать «коротенькие рассказы-сценки».

Проклятая
196 страниц
Проклятая

Жизнь магов четко расписана по пунктам и утверждена Законом, и расплата за непокорность и своеволие слишком велика. После гибели родителей я старалась жить незаметно и не привлекать к себе лишнего внимания. Но судьба все решила за меня. Когда младшую сестру выставили на торги, нам пришлось бежать из Москвы. Харизматичный шеф или таинственный Страж? Кто из них сумеет спасти отчаявшуюся ведьму, когда кольцо сомкнется?

Нина. Книга 1. Проклятый дар
182 страниц
Нина. Книга 1. Проклятый дар

Она рождена с даром, который считает проклятьем. Она слышит мысли, видит далеко во времени и общается с мертвецами, которые преследуют ее с рождения. Ее беспросветным дням в психиатрической лечебнице приходит конец, когда судьба сводит ее с самым опасным наркоторговцем страны, который предлагает ей сделку. Теперь Нине предстоит сделать выбор между участием в кровавых бандитских разборках и вечным безумием в стенах психбольницы.Содержит нецензурную брань.

Гиппопопоэма и другие стихи
Рената Муха
3 страниц
Гиппопопоэма и другие стихи

ГИППОПОПОЭМА

Стихи для бывших детей и будущих взрослых

1. ГИППОПОТАМ

В семье у знакомого

Гиппопотама

Есть Гиппопопапа

И Гиппопомама.

Но вот в чем вопрос,

И достаточно тонкий:

А где остальные

Гиппопопотомки?

Спросить — неудобно,

Звонить — неприлично,

И все это очень

Гиппопотетично...

И хоть не исчерпана

Данная тема,

Кончается

Гиппопопопопоэма.

2. ПРОВОДЫ

Спокойной походкой

Идет по перрону

С большим чемоданом

Большая Ворона.

А рядом с Вороной,

Чуть дальше и сбоку,

Ее провожает

На поезд Сорока

И все б это было

Совсем хорошо,

Если б их поезд

Куда-нибудь шел.

3. СОВА

Всю ночь,

С темноты до рассвета,

На ветке

Сидела Сова.

И песню

Сложила про это.

А утром

Забыла слова.

4. СЛОНЕНОК

Семейство Слонов

Перепугано насмерть —

Слоненок простужен:

И кашель, и насморк.

Лекарства достали,

Компрессы готовы,

Но где продается

Платок хоботовый?

5. СЕКРЕТНАЯ ПЕСЕНКА О СЛОНЕНКЕ

По Борнео и Ямайке

Ходит Слон

В трусах и

'Майн пиджак ин вайсе клетка'
Дина Рубина
9 страниц
'Майн пиджак ин вайсе клетка'

Дина Рубина

"МАЙН ПИДЖАК ИН ВАЙСЕ КЛЕТКА..."

В ранней юности (а прошла она в Ташкенте, городе, по многим причинам, особом, и когда-нибудь я об этом напишу), варясь в крепком бульоне, настояном на ста четырех национальностях, я была глубоко убеждена, что чувства, реакции и этические посылы всех на свете людей соответствуют более или менее единому образу. Сейчас я понимаю, что Ташкент был уменьшенной моделью того самого плавильного котла, о котором так тоскуют американские и израильские социологи.

Кстати, до последнего времени я была уверена, что ташкентская модель оказалась более удачной, потому что... да Бог знает - почему! Возможно, потому, что речь идет о моих детстве и юности. Вообще, своей "ташкентскости", иначе говоря - провинциальности я перестала стесняться совсем недавно, постепенно осознавая и даже любовно (потому, что запоздало) культивируя в себе теплую поэзию землячества.

Итак, под ташкентским солнцем я была - все мы, дети, были - некой однородной

Последняя битва
292 страниц
Последняя битва

Юность орков сгорает на полях сражений. Им плевать на вымпелы и штандарты вельмож, потому что они всегда бьются лишь за свою честь. Но что выберут бесстрашные воины, когда честь и присяга окажутся на разных чашах весов, а верность долгу станет противоречить верности клану? Наступает время решающей битвы, время, когда оркам придется принимать решение.

Смотрите, Джейн забивает!
155 страниц
Смотрите, Джейн забивает!

Это Джейн.

Иногда немного в расстроенных чувствах. Порой немного упрямая. Немного уставшая от свиданий вслепую с мужчинами, которые водят фургоны с диванами в кузове.

Джейн Олкотт ведет существование Одинокой девчонки в большом городе. А еще она живет двойной жизнью. Днем она репортер, пишущий статьи о матчах хоккейной команды «Сиэтлские Чинуки», а особенно об их прославленном вратаре Люке Мартино́. Ночью она писатель, втайне ото всех создающий скандальные рассказы журнального сериала о приключениях «Медового пирожка», о котором говорят все мужчины.

Смотрите, Джейн вступает в спор.

Люк ясно выразил свое мнение о паразитах-репортерах, в том числе и о Джейн. Но если он думает, что может испортить ей жизнь, ему лучше подумать еще разок.

Смотрите, Джейн покоряет.

Всю жизнь Люка интересовала только его карьера. Последнее, в чем он нуждается, это острый на язык репортер – заноза в заднице, копающийся в его прошлом и путающийся у него под ногами. Но когда маленькая журналистка меняет свою черно-серую одежду на сексуальное красное платье, Люк понимает, что в Джейн есть намного больше, чем он увидел с первого взгляда.

Может быть, пришло время рискнуть. Может быть, пришло время воплотить фантазии в жизнь. Может быть, пришло время… позволить Джейн забить гол.

Пираты офшорного моря
300 страниц
Пираты офшорного моря

Кавказский терроризм окончательно переплелся с бандитскими конторами России – и возникла мощная международная криминальная система, рвущаяся к мировому господству. Чтобы достичь своей цели, ее главари готовят сложнейшую операцию, которая держится в строжайшем секрете. О ней известно лишь то, что не последнюю роль в преступной комбинации должны сыграть сомалийские пираты, финансируемые чеченскими бандитами. И вот спецслужбы ставят перед собой задачу: изловить коварного и опытного чеченского лидера по кличке Мухаджир – ключевую фигуру в этой криминально-денежной цепочке, которая ведет к пиратам…