Крэйг Томас
Советуем почитать
В лагере для пленных конфедератов томится юноша-офицер. Его прелестная сестра, аристократка-южанка Индия Маршалл, приезжает в Рок-Айленд, дабы освободить брата из заключения – цена, которую придется заплатить за это, значения не имеет. Индия решает влюбить в себя одного из офицеров-северян – майора Коннора О'Брайена. Но тонкая игра неожиданно становится истинной страстью – пылкой, неодолимой, способной погубить влюбленных…
ГОД НАЗАД Алекс Таун погиб в автокатастрофе.
МЕСЯЦ НАЗАД мать заметила его в уличной толпе.
НЕДЕЛЮ НАЗАД специалист по поискам пропавших людей Дэвид Рейкер взялся за дело Алекса.
Смертельная ошибка!
Ошибка, о которой Дэвиду придется очень сильно пожалеть.
Потому что есть нечто ГОРАЗДО СТРАШНЕЕ смерти…
Тысячелетие фьорды были отделены от мира людей стеной непроницаемого тумана. Потерянные земли, попасть в которые невозможно. Ученые всего мира могли лишь мечтать об экспедиции к этим загадочным берегам. И как же повезло мне, антропологу Оливии Орвей, попасть в первую исследовательскую группу к фьордам! Или… не повезло? Ведь за туманом нас ждет неизвестность, пугающие загадки и ильхи — варвары, о которых мы ничего не знаем. Даже того, кем они являются на самом деле.
1985. УСТАЛОСТЬ.
8.07.1985. Что такое середина лета для летчика?
Работа, работа, каторжный труд, бессонные солнечные ночи, задержки, нервотрепка из-за сбоев, неразберихи, отсутствия машин и топлива, – и за всем этим – тысячи и тысячи людей, перемещенных в пространстве и времени, ошалелых и счастливых.
Надо заглянуть в глаза сходящим с трапа пассажирам – и оправдаются резь в глазах, и мокрая спина, и гудящие ноги…
Встречаем сотый или тысячный рассвет в полете. Проводница вошла в кабину, любуется восходящей на бледном горизонте Венерой, ахает и восторгается. Ахай, ахай, какие твои годы…
А у меня гудят, ревут, места себе не находят бедные мои ноги. Вроде и не топтался, вроде и поспал, ну, полежал перед вылетом, а вот в полете, на эшелоне, не могу их пристроить. Снял башмаки, засунул горящие ступни между педалями, поближе к патрубку обдува, – вроде полегче. Нет, ноют, ломят, крутят опять. Между педалями тесно, пальцы упираются
Записки о приключениях Давида Бальфура в 1751 году, о том, как он был похищен и потерпел крушение; о его страданиях на пустынном острове; о его странствовании по диким горам; о его знакомстве с Аланом Бреком Стюартом и другими выдающимися якобитами шотландской горной области; и обо всем, что он претерпел от рук дяди своего Эбенезера Бальфура, ложно именовавшегося владельцем Шооса, писанные им самим и ныне изданные Робертом Льюисом Стивенсоном.
Перевод: О. Ротштейн
Это Джейн.
Иногда немного в расстроенных чувствах. Порой немного упрямая. Немного уставшая от свиданий вслепую с мужчинами, которые водят фургоны с диванами в кузове.
Джейн Олкотт ведет существование Одинокой девчонки в большом городе. А еще она живет двойной жизнью. Днем она репортер, пишущий статьи о матчах хоккейной команды «Сиэтлские Чинуки», а особенно об их прославленном вратаре Люке Мартино́. Ночью она писатель, втайне ото всех создающий скандальные рассказы журнального сериала о приключениях «Медового пирожка», о котором говорят все мужчины.
Смотрите, Джейн вступает в спор.
Люк ясно выразил свое мнение о паразитах-репортерах, в том числе и о Джейн. Но если он думает, что может испортить ей жизнь, ему лучше подумать еще разок.
Смотрите, Джейн покоряет.
Всю жизнь Люка интересовала только его карьера. Последнее, в чем он нуждается, это острый на язык репортер – заноза в заднице, копающийся в его прошлом и путающийся у него под ногами. Но когда маленькая журналистка меняет свою черно-серую одежду на сексуальное красное платье, Люк понимает, что в Джейн есть намного больше, чем он увидел с первого взгляда.
Может быть, пришло время рискнуть. Может быть, пришло время воплотить фантазии в жизнь. Может быть, пришло время… позволить Джейн забить гол.
В очередной том серии вошли 2 произведения Роберта Асприна "Иначе — это МИФ" и "Другой отличный МИФ"