Мартин Миттельмайер
Советуем почитать
Городу нужен хранящий, хоть какой-то. Такое решение принял совет. Нужен, так нате вам. Так решили семьи хранящих в других городах. И отправили тех, кого не жалко. Так что у Хията проблемы. Ему необходимо не попасться. И не позволить пришельцам навредить городу тоже надо. И обновить защиту жизненно необходимо. И помочь мертвым девушкам не помешало бы, и…
Великий мэтр фантастики Клиффорд Саймак не нуждается в представлении — его имя хорошо известно нескольким поколениям читателей, а его произведения давно стали классикой и служат примером для подражания многим последователям писателя. В этот том собрания сочинений Мастера вошли четыре разных по тематике романа, каждый из которых сделал бы честь любому автору, работающему в этом жанре.
Записки о приключениях Давида Бальфура в 1751 году, о том, как он был похищен и потерпел крушение; о его страданиях на пустынном острове; о его странствовании по диким горам; о его знакомстве с Аланом Бреком Стюартом и другими выдающимися якобитами шотландской горной области; и обо всем, что он претерпел от рук дяди своего Эбенезера Бальфура, ложно именовавшегося владельцем Шооса, писанные им самим и ныне изданные Робертом Льюисом Стивенсоном.
Перевод: О. Ротштейн
Фрагменты двухтомной монографии "Очерки истории чумы", описывающие картины наиболее ошеломляющих чумных эпидемий и пандемий на протяжении истории.
Простая школьница и юная актриса Пейдж Таунсен в один прекрасный день прилетает на Гавайи, где ей предстоит сниматься в экранизации одной из самых популярных книг современности. Съемки, премьеры, красные дорожки, бесчисленные поклонники – калейдоскоп событий завораживает девушку! И когда у нее появляются чувства к партнеру по съемочной площадке Райнеру Дэвону (к слову, самому сексуальному актеру, по версии многочисленных таблоидов), Пейдж понимает, что ее жизнь никогда не будет прежней.
Дина Рубина
"МАЙН ПИДЖАК ИН ВАЙСЕ КЛЕТКА..."
В ранней юности (а прошла она в Ташкенте, городе, по многим причинам, особом, и когда-нибудь я об этом напишу), варясь в крепком бульоне, настояном на ста четырех национальностях, я была глубоко убеждена, что чувства, реакции и этические посылы всех на свете людей соответствуют более или менее единому образу. Сейчас я понимаю, что Ташкент был уменьшенной моделью того самого плавильного котла, о котором так тоскуют американские и израильские социологи.
Кстати, до последнего времени я была уверена, что ташкентская модель оказалась более удачной, потому что... да Бог знает - почему! Возможно, потому, что речь идет о моих детстве и юности. Вообще, своей "ташкентскости", иначе говоря - провинциальности я перестала стесняться совсем недавно, постепенно осознавая и даже любовно (потому, что запоздало) культивируя в себе теплую поэзию землячества.
Итак, под ташкентским солнцем я была - все мы, дети, были - некой однородной
Меня зовут Ивидель Астер. Я студентка первого потока Магиуса. И кажется, я натворила дел.
Сожгла лабораторный корпус.
Провалила магическую защиту.
Оказалась в центре заговора.
И каждый день ищу встречи с тем, кого нарекли жестоким бароном, а это уж вовсе не достойно леди.
Теперь надо выпутываться. И поскорее, пока отец не посадил меня под замок до самого замужества и не заставил вышивать крестиком.
Что такое родная горная деревенька для мальчишки, мечтающего о героических деяниях и невероятных приключениях?
Нет, наверное, среди богов того, к кому не возносил бы Арлиан молитвы — пусть случится хоть что-нибудь!..
И случилось…
Однажды Арлиан познал страх, боль и беспомощность чудом уцелевшего. Отныне вся жизнь его станет подчинена единственной цели — мести. И — рано или поздно — его мечу предстоит изменить судьбу мира…