Библиотека

Mary Rosenblum

Домашнее видео
21 страниц
Домашнее видео

Необычный, полный запутанных интриг рассказ, представленный ниже, доказывает, что за воспоминания порой следует цепляться изо всех сил. Вопрос лишь в том, кому принадлежат эти воспоминания…

Драконья буря
23 страниц
Драконья буря

Всегда хорошо иметь друзей. Но как показывает напряженный сюжет этой истории, если вы презираемый пария, от которого все шарахаются, наличие друга иной раз определяет разницу между жизнью и смертью. Особенно если друг — дракон!

Советуем почитать

Пепел
175 страниц
Пепел

Я думала, мы больше никогда не встретимся. Но судьба сыграла со мной злую шутку: теперь я учусь в его классе, сижу с ним за одной партой и пытаюсь сделать все, чтобы Мистер Популярность перестал обращать на меня внимание. Я – его запретный плод. Он – моя несбыточная мечта. Нам нельзя быть вместе. Наши родители не простят этого, если узнают. Однако с каждым днем сопротивляться притяжению сложнее.

ХЭ обязателен.

История Вити Шестакова.

Можно читать отдельно.

Парижский десант Посейдона
224 страниц
Парижский десант Посейдона

В отчаянной попытке заполучить мощное биологическое оружие сошлись спецслужбы России и Запада. Ампула со смертоносным вирусом с эсминца «Хюгенау», потопленного во время войны в водах Ладоги, теперь находится в Париже. Но десант подводного спецназа уже готов к высадке! И теперь Посейдон, он же капитан подводного спецназа Каретников, и его «Сирены» примут бой в мутных водах Сены...

Старшая сестра
9 страниц
Старшая сестра

Обычный день продавщицы Марты нарушается встречей с человеком из прошлого.

Сожженная земля
262 страниц
Сожженная земля

Кровь и магия приковали их друг к другу. Брат и сестра, охотник и жертва. Любовь для них запретна, но разомкнуть цепь привязанности невозможно.

Есть ли выход, кроме взаимного разрушения?

В сожженной столице продолжаются игры вокруг престола. Маги, принцы, министры, солдаты, боги, пленницы и королевы — игроки, фигуры или разменные пешки?

За их спинами маячит тень заокеанского магического ордена… И его Великого Магистра — могущественной ведьмы, в чьих руках кукловоды становятся марионетками…

Следующий в очереди (ЛП)
149 страниц
Следующий в очереди (ЛП)

Что произойдет, когда симпатичный горец, с которым вы целовались в палатке для подледной рыбалки, окажется лучшим другом вашего брата?

Сплошная неловкость, вот что.

У Мэгги голова идет кругом, когда она обнаруживает, что парень, с которым она пересеклась в магазине «Приманка и снасти у Марва», вовсе не незнакомец, как она полагала.

И главная загвоздка заключается в том, что химия между Сэмом и Мэгги достаточно горяча, чтобы растопить лед, отчего хранить их тайну становится гораздо труднее, чем ожидалось.

Особенно, когда один из них решает не просто «поймать и отпустить», а хочет, чтобы их уговор перерос в нечто большее.

+18 

(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Дуновение смерти
87 страниц
Дуновение смерти

Роман «Дуновение смерти» продолжает знакомство читателей с детективной стороной творчества Айзека Азимова.

Драконья погода
876 страниц
Драконья погода

Что такое родная горная деревенька для мальчишки, мечтающего о героических деяниях и невероятных приключениях?

Нет, наверное, среди богов того, к кому не возносил бы Арлиан молитвы — пусть случится хоть что-нибудь!..

И случилось…

Однажды Арлиан познал страх, боль и беспомощность чудом уцелевшего. Отныне вся жизнь его станет подчинена единственной цели — мести. И — рано или поздно — его мечу предстоит изменить судьбу мира…

Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена
579 страниц
Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена

Шедевром Стерна безоговорочно признан «Тристрам Шенди» (Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman). На первый взгляд роман представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов). Рассказ постоянно уходит в сторону, перебивается забавными и порою рискованными историями, каковые щедро доставляет широкая начитанность автора. Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Критика (прежде всего С.Джонсон) резко осудила писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман и составлен куда более внимательно, чем казалось современникам и позднейшим викторианским критикам. «Писание книг, когда оно делается умело, – говорил Стерн, – равносильно беседе», и, рассказывая «историю», он следовал логике живого, содержательного «разговора» с читателем. Подходящее психологическое обоснование он нашел в учении Дж.Локка об ассоциации идей. Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия). Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».

Герой романа Тристрам – вовсе не центральный персонаж, поскольку вплоть до третьего тома он пребывает в зародышевом состоянии, затем, в период раннего детства, возникает на страницах от случая к случаю, а завершающая часть книги посвящена ухаживанию его дядюшки Тоби Шенди за вдовой Водмен, вообще имевшему место за несколько лет до рождения Тристрама. «Мнения» же, упомянутые в заголовке романа, по большинству принадлежат Вальтеру Шенди, отцу Тристрама, и дядюшке Тоби. Любящие братья, они в то же время не понимают друг друга, поскольку Вальтер постоянно уходит в туманное теоретизирование, козыряя древними авторитетами, а не склонный к философии Тоби думает только о военных кампаниях.

Читатели-современники объединяли Стерна с Рабле и Сервантесом, которым он открыто следовал, а позже выяснилось, что он был предвестником таких писателей, как Дж.Джойс, Вирджиния Вулф и У.Фолкнер, с их методом «потока сознания».