Микки Спиллейн - стр. 2
В книгу вошли произведения представителей старшего поколения мастеров детективного жанра. Романы американского писателя Микки Спиллейна «Долгое ожидание» и англичанина Виктора Каннинга «Письма Скорпиона» объединяет умело выстроенная интрига, сложные сюжетные перипетии. В центре их — сильная личность героя-одиночки, вступившего в борьбу с хорошо организованной криминальной системой и вопреки обстоятельствам победившего.
Вниманию читателей предлагаются три остросюжетные увлекательные истории. В двух первых (М. Спиллейн «Долгое ожидание» и Д. Кин «Миссис убийца») интрига построена на сложной и запутанной игре двойника-убийцы, в третьей основное действующее лицо — человек, ведущий двойную жизнь.
Настоящий сборник - девятый из серии "Мастера детектива". В него включены боевик М. Спиллейна "Я, гангстер" и романы "Последний из шестерки" бельгийского писателя С.А. Стеемана, "Клоун умер на манеже" французского писателя К. Файара и "Последнее дело Дрюри Лейна" американского писателя Б. Росса. Содержание: М. Спиллейн. Я, гангстер С.А. Стееман. Последний из шестерки К. Файар. Клоун умер на манеже Б. Росс. Последнее дело Дрюри Лейна
В сборнике публикуются три остросюжетные повести известных западных мастеров детективного жанра: Рекса Стаута, Микки Спиллейна, Френсис и Ричарда Локридж. Действие произведений происходит в США примерно полвека назад.
Настоящим мужчинам не привыкать встречаться лицом к лицу со смертельной опасностью и преодолевать трудности. Они не отступают даже когда на них объявлена настоящая охота. Догерону Келли приходится уворачиваться от мафиози, которые подозревают его в краже крупной партии наркотиков.
Глава 1
Я нерешительно вылез из машины, остановился и посмотрел наверх, на темные окна квартиры. Холодный дождь бил по стеклу, превращая его в темное зеркало — злобный глаз на фоне темного, отвратительного дома. Все происходящее казалось каким-то нереальным.
Там, наверху, за этим окном, я должен убить себя...
Там, наверху, я должен понять, как чувствует себя человек, который знает, что смерть его совсем близко. Там я должен познать чувство безмятежности и полного покоя.
Я вытащил из кобуры пистолет.
Дверь дома... Вторая дверь, в коридор... За ней зияющая пустотой лестница.
Подняться на один этаж... потом прямо...
Я уже видел себя лежащим на полу со слегка приоткрытыми глазами, с отвалившейся нижней челюстью. Без сознания... И разумеется, без всяких угрызений совести. Ничего бы не осталось. Только смерть.
Вытоптанная дорожка у меня под ногами... Какой-то затхловатый запах...
По старой ребяческой привычке я перескочил через первую ступеньку и стал считать следующие.
1
Я направил свой старый «форд» вверх по шоссе на холм, так, чтобы можно было увидеть владения Баннерменов, расположенные у самого залива и освещенные лунным светом. Особняк отбрасывал причудливые тени, и в ночи ясно виднелась колоннада, похожая на руки гигантского скелета. По сравнению с тем разом, когда я видел его последний раз, поместье было сильно запущено и все заросло травой. Чугунные ворота в кирпичной стене были, правда, еще на месте, но сам кирпич уже весь рассохся и растрескался, а петли на воротах едва держались. Но сейчас не было времени останавливаться на подобных мелочах.
Выбоины на шоссе 242 требовали большой осторожности от водителя, но тем не менее я все время кидал взгляды по сторонам, и это было так естественно, когда человек прожил здесь первые двенадцать лет жизни, прежде чем его выбросили на растерзание в этот жестокий мир. И ему, конечно, хочется взглянуть на отчий дом, на
МИКИ СПИЛЛЕЙН
"УБЕЙ ИЛИ УМРИ!"
Перевод Е.Ивановой
Старенький маневровый локомотив отошел от узловой станции Ричфилда, увлекая за собой поезд, состоящий всего из двух вагонов, и отправляясь в путь по двенадцатимильной подъездной ветке, ведущей в сторону озера Раппахо. Пожалуй, в любое другое время и при иных обстоятельствах путешествие в допотопном вагончике, чудом сохранившемся с доисторических времен, и вызвало бы в моей душе бурю восторга, но только на этот раз оно превратилось в самое настоящее мучение. Все здесь было щедро запорошено угольной пылью, намертво въевшейся в некогда шерстяную обивку кресел и витавшей в воздухе, отчего во рту появлялся специфический привкус. Лето близилось к концу, во всяком случае, два его месяца были уже позади, и теперь в мелькавшие за окном горные долины с территории Канады устремлялись потоки холодного воздуха. Отопление же в вагоне не работало.
Вообще-то, в любое другое время, я не стал бы возражать, но теперь от
Глава 1
Когда вы сидите дома, удобно расположившись в кресле перед камином, случается ли вам задуматься, что происходит снаружи? Наверное, нет. Вы берете книгу и читаете умные рассуждения и чепуху; живете чужой жизнью, тревожась из-за событий, которые никогда не происходили, желая заполнить чем-нибудь скучную повседневность. Вы воображаете себя героем или, по меньшей мере, действующим лицом, и это неудивительно. Даже древние римляне приправляли свою жизнь острыми ощущениями: упивались кровью и насилием в Колизее, глядя, как дикие звери раздирают человеческую плоть.
Они вопили от восторга и шлепали друг друга по спинам, когда смертоносные когти впивались в тело раба, и радовались совершенному убийству…
Жизнь сквозь замочную скважину. Но день проходит за днем, ничего с вами не случается, и вы приходите к выводу, что все это — фантазия писателя, в действительности такого не бывает. Но все равно, почитать стоит… Завтра вы найдете другую книгу забыв, что было в предыдущей,
Глава 1
В ночном тумане послышались крики, и я резко затормозил на перекрестке. Не сказать, чтобы крики казались чем-то странным в городе, но именно в этой части Нью-Йорка они были совершенно неожиданными, потому что это был участок, расчищавшийся для постройки нового небоскреба. Сейчас здесь почти ничего не осталось, кроме нескольких совсем разрушенных зданий и груд кирпича. Весь скарб бывших обитателей был вывезен давным-давно, оставался только никому не нужный хлам. Что-то еще было в этих криках, казавшихся совершенно неуместными здесь. Это была настоящая истерика, которую мог вызвать только дикий страх, и, кроме этого, это были крики ребенка.
Я выхватил фонарик из отделения для перчаток, выскочил из автомобиля на тропинку, извивающуюся между развалинами, и помчался в том направлении, откуда слышался крик, стараясь держаться в тени и не зная, чего ожидать. Там могло случиться все, что угодно. Ребенок, игравший в этих сгнивших, заброшенных развалинах, вполне мог попасть в
В книгу вошли произведения представителей старшего поколения мастеров детективного жанра. Романы американского писателя Микки Спиллейна «Долгое ожидание» и англичанина Виктора Каннинга «Письма Скорпиона» объединяет умело выстроенная интрига, сложные сюжетные перипетии. В центре их — сильная личность героя-одиночки, вступившего в борьбу с хорошо организованной криминальной системой и вопреки обстоятельствам победившего.
Микки СПИЛЛЕЙН
ОТМЩЕНИЕ
Глава 1
Вы прогуливаетесь ночью по улицам. На улице - дождь. Единственный звук ваши шаги. Конечно, город вокруг шумит и звенит, но вы этого не замечаете, потому что в конце улицы женщина - та, единственная, которую вы ждали долгих семь лет, и каждый шаг делает вас все ближе к ней. Звук ваших шагов отмеряет дни, месяцы и часы ожидания.
Потом, неожиданно, вы оказываетесь напротив старинного особняка архаичного, смахивающего на огромное коричневое чудовище, которое смотрит прямо на вас с выражением тупой злобы, и вам кажется, что этот дом засасывает и душит вас...
"На что же это будет похоже? - мелькнула у меня мысль. - Она все еще красива, но, пройдя через семь лет ада, не изменилась ли она так, как изменился я? И что можно сказать женщине, которую я любил и которую, как я думал все это время, потерял из-за собственной оплошности? Как