Нина Пикулева
Советуем почитать
Попытка ограбления мага Юкоуну закончилась для Кугеля неудачно: он был пойман с поличным и во искупление своего проступка отправлен в опасное путешествие за линзой, позволяющей увидеть мир прекрасным. Причём в путешествие Кугель отправился не один, а в компании пренеприятного существа Фиркса, поселившегося в теле Кугеля и направляющего его действия. Поэтому Кугель просто обречён вернуться, чтобы не только выполнить свою миссию, но и, может быть, отомстить…
Специальный агент ФБР Алоизий Пендергаст нехотя соглашается рас-следовать дело о похищении коллекции редких вин и… обнаруживает в погребе нишу с кандалами, а при тщательном осмотре – крохотную человеческую кость. Здесь когда-то заживо замуровали человека. Ограбление явно было инсценировано, чтобы вынести отсюда останки: кто-то очень хочет скрыть следы преступления, совершенного очень давно – судя по радио-углеродному анализу кости, в 1880-х. Зачем? Пендергасту удается выяснить, что в те же годы у местных берегов странным образом исчез пароход вместе с пассажирами, экипажем и грузом, в том числе особо ценным. Не было найдено ни обломков, ни трупов… если не считать труп приезжего историка, который как раз изучал историю исчезнувшего судна. Убийца вырезал на мертвом теле таинственные символы… События прошлого и настоящего сплетаются в тугой узел, и по мере расследования агент понимает, что тут не обошлось без вмешательства неких темных сил.
Впервые на русском языке!
I
На улице Нев-Сент-Огюстен экипажи, запрудившие мостовую, задержали фиакр, в котором Октав со своими тремя чемоданами ехал с Лионского вокзала. Несмотря на довольно чувствительный холод пасмурного ноябрьского дня, молодой человек опустил стекло. Его поразило, как быстро сгущались сумерки на этих узеньких, кишевших людьми улицах. Брань кучеров и фырканье подхлестываемых лошадей, непрерывная толкотня на тротуарах, длинная вереница тесно прижавшихся одна к другой лавчонок, битком набитых приказчиками и покупателями, — все это ошеломило его. Он представлял себе Париж менее грязным и никак не ожидал увидеть здесь столь ожесточенный торг; в этом городе — почувствовал он — есть чем поживиться молодчикам с крепкой хваткой.
— Вам ведь в пассаж Шуазель? — наклонившись с козел, спросил кучер.
— Да нет, улица Шуазель… Если не ошибаюсь, это новый дом…
Фиакру оставалось только повернуть, дом оказался вторым от угла. Это было внушительное пятиэтажное каменное здание, выделявшееся своей белой, лишь слегка тронутой желтизной окраской на фоне
Кто-то плетет интриги, кто-то лишь стремится выжить. Когда не хочешь чувствовать себя в роли дичи — стань охотником. Жестокая сказка испытывает Андрея на прочность, методы у нее по прежнему далеки от человеколюбивых……
Из сборника «Зайчики на стене», Санкт-Петербург, 1911 год.
Все мы видели его и видим почти каждый день. Мы не обращаем на него внимания, снова и снова проходим мимо того места, где он лежит, и не задумываемся о нем, словно он и должен там лежать, словно он — неотъемлемая принадлежность нашей жизни. Я говорю о Линдгрене, человеке с отсохшими ногами, который ползает по улицам и бульварам, отталкиваясь от земли руками в кожаных рукавицах; ноги его тоже обшиты кожей. Лицо с короткой бородкой отмечено страданием, которого не в силах выразить маленькие, покорные глаза. Все мы встречали его и встречаем его постоянно, мы привыкли к нему и не замечаем его, будто он — частица нас самих. Мимоходом суем мы монету в его высохшую руку — ему ведь тоже нужно жить.
Но все почти знают об этом старике только то, что он существует на свете. Поэтому я расскажу все, что мне известно о нем.
Я часто останавливался