Павел Петунин
Советуем почитать
Крисси готова защищать своего престарелого босса и его миллионы от любых посягательств. Особенно со стороны его внука Нейта, шесть лет назад бросившего деда в трудную минуту. Но такой ли уж Нейт негодяй? Сердце говорит обратное…
С давних пор в российском общественном мнении устоялась точка зрения на военное дело Российского государства раннего Нового времени (вторая половина XV – конец XVII в.) как на нечто архаичное, примитивное и отсталое. Сформировавшийся в петровское время яркий образ московского ратного человека, мечтающего о том, чтобы государю послужить не вынимая сабли из ножен, оказал неизгладимое впечатление на последующие поколения отечественных историков, пренебрежительно расценивавших уровень развития русского военного дела московской эпохи. Между тем такие уничижительные оценки находятся в явном противоречии с исторической реальностью. За два с половиной столетия, с середины XV по конец XVII в., Российское государство достигло на внешнеполитическом поприще немалых успехов: не только покорило три татарских «царства», одолело в двухсотлетней войне Польско-Литовское государство, но и само стало империей. Добиться столь впечатляющих успехов, не имея в своем распоряжении надежного и эффективного «последнего довода королей» – хорошего, боеспособного войска и надлежащего уровня развития военного дела, – было бы невозможно.
Но что представлял собой этот самый «последний довод» московских государей, благодаря которому они сумели добиться столь впечатляющих успехов? На этот вопрос отвечает книга доктора исторических наук, профессора В. В. Пенского, которая рассказывает о том, каким было русское военное дело второй половины XV – начала XVII в., когда была создана, прошла проверку в многочисленных боях и походах московская военная машина. Речь в этом исследовании идет не о сражениях, а именно об истории военного дела: численности государева войска, особенностях его структуры и управления, логистике, военных финансах, тактике и стратегии, осадном деле, вооружении и многом другом.
У них — любовь как в сказке. Лене Вьюжной и Антону Знаменскому завидуют все. Они пишут под псевдонимами, но их роман на расстоянии стал легендой. Вот только в одном им не повезло: на пути у Антона случайно оказалась я. И влюбилась. Наверное, стоило бы отойти в сторону, но как, когда чувствуешь, что это любовь всей твоей жизни?
Вот только за волшебной сказкой скрывается яд, который совершенно не желает оставаться в прошлом.
Хотите узнать, каково это — быть писателем? Какой невозможной и откровенной бывает близость, когда вы пишете вместе и рассказываете друг другу всё? Каково это — знать друг друга до самого дна?
Узнайте.
С самого детства я знала, что моя жизнь будет принадлежать этому месту – Кварталу наслаждений. Редко кому удается выбраться отсюда и получить свободу, но благодаря таланту у меня есть этот шанс.
Я – Торани Фелз, последняя из иллюзорных суккубов, элитная куртизанка, дочь греха и порока. Мой дар – создавать иллюзии, где исполняются самые яркие фантазии и мечты, любые чувственные удовольствия, о которых боятся подумать или признаться себе.
Но наутро моя магия рассеивается, оставляя после себя лишь легкий флер эйфории…
Алексис Филдинг хочет больше узнать о прошлом своей матери, но София тщательно скрывает его: известно лишь, что она выросла в маленьком критском городке и в юности перебралась в Лондон.
Во время путешествия по Криту Алексис приезжает и в селение Плака, где до сих пор живет подруга родственницы Софии. Недалеко в море девушка видит остров Спиналонга – в прошлом здесь располагалась колония для больных лепрой, прокаженных… Какую роль в жизни ее предков сыграл этот остров и какие тайны скрывает внешне благополучная жизнь?..
Когда я был маленьким, меня заставляли учить наизусть басни Лафонтена, и мораль каждой мне тщательно растолковывали. Была среди них «Стрекоза и муравей», из которой юные умы почерпывают полезнейший вывод: в нашем несовершенном мире трудолюбие вознаграждается, а легкомыслие карается. В этой превосходнейшей басне (прошу прощения за пересказ того, что известно всем, как несколько опрометчиво требует признать вежливость) муравей усердно трудится все лето, собирая запасы на зиму, а стрекоза сидит себе на листочке под солнышком и распевает песенки. Наступает зима, муравей обеспечен всем необходимым, но у стрекозы кладовая пуста. Она отправляется к муравью и просит дать ей еды. И получает от муравья ответ, ставший классическим:
«— Да работала ль ты в лето?
— Я без души лето целое все пела.
— Ты все пела? Это дело: так поди же попляши!»
Думаю, дело было не в извращенности моего ума, а просто в детской непоследовательности — ведь нравственное чувство детству чуждо, — но
Первый том романа. Соответствует 1–7 главам сказки Толстого. Черновой вариант, начат 9 мая 2013 года, закончен 14 января 2016 года. Правдиво, жизненно, покровосрывно и крышесносно.