Рафаэль Сабатини - стр. 3
Глава I
НА ПОЛЕ ДЛЯ РИСТАЛИЩ
Король Яков, полностью оправившись от испуга, причиненного Пороховым заговором, возвратился в привычное состояние лени и нерешительности. Дух Гая Фокса остался непоколебимым, хотя тело и было изуродовано пытками. На виселице в Полз-ярде он искупил вину за попытку «взрывной волной загнать назад в горы этих шотландских попрошаек» – так он сам называл свое несостоявшееся предприятие.
«Попрошайки» остались на своих местах и даже обогатились – они прибрали к рукам земли и прочее имущество заговорщиков, многие из которых были весьма состоятельными джентльменами.
Для короля дело тоже обернулось выгодой, правда, не материального порядка. Случившееся позволило ему поупражняться в искусстве всевластия и продемонстрировать миру божественный дар, которым владыка небесный наделил владык земных. Этот божественный дар, как заявлял сам король, заключался в особой остроте зрения, позволившей ему распознать истинную цель и природу заговора и чудом предотвратить национальную катастрофу.
Однако в дальнейшем государем из этого были извлечены
В книгу вошли два приключенческих исторических романа «Черный Лебедь» и «Рыцарь таверны» английского писателя Рафаэля Сабатини (1875-1950). Автор продолжает рассказывать о «расцвете» пиратства на Карибском море во второй половине XVII века.
Как и в предыдущих книгах, герой сохраняет благородство и обаяние, а приключения его отличаются свежестью и изобретательностью.
Глава I. ПАРИ
— Легок на помине, — прошептал Лафос. Повинуясь его словам и значительности его взгляда, я обернулся.
Дверь открылась, и перед нашими глазами предстала коренастая фигура графа де Шательро. Лакей в красной ливрее, расшитой золотом, — цвет моего родового герба, — в подобострастном поклоне принимал его плащ и шляпу.
Наступила внезапная тишина, а ведь мгновение назад этот человек был предметом нашей беседы. Замолчали остряки, которые только что злословили по его поводу и превратили ухаживание в Лангедоке — откуда он только что вернулся с позорным поражением — в предмет жестоких насмешек и язвительных острот. Удивление витало в воздухе, так как мы слышали, что Шательро был сломлен своей неудачей в амурных делах, и не думали, что он так скоро присоединится к собранию, которым правит веселье.
Некоторое время граф стоял на пороге, а мы вытягивали шеи, чтобы получше рассмотреть его, как будто он был предметом для пристального изучения. Тишину нарушил
Роман Рафаэля Сабатини — о пиратах Карибского моря. Главные герои оказываются в самых невероятных ситуациях, их окружают подлинные, невымышленные персонажи, например, Генри Морган и другие известные личности.
Рафаэль САБАТИНИ.
ВЕЧЕРА С ИСТОРИКОМ
(Занимательное историческое чтение на сон грядущий) ОглавлениеОТПУЩЕНИЕ ГРЕХОВ: Афонсо Энрикес, первый король Португалии
ЛЖЕДМИТРИЙ: Борис Годунов и самозваный сын Иоанна Грозного
ПРЕКРАСНАЯ ДАМА: Из истории Севильской инквизиции
КОНДИТЕР ИЗ МАДРИГАЛА: Рассказ о Лжесебастьяне Португальском
КОНЕЦ ДАМСКОГО УГОДНИКА: Убийство Генриха IV
НЕУДАЧЛИВЫЙ ПОКЛОННИК: Убийство Эми Робсарт
СЭР ИУДА: История о том, как был предан сэр Уолтер Рейли
ЕГО ДЕРЗОСТЬ ГЕРЦОГ БЭКИНГЕМСКИЙ, или как Джордж Вильерс добивался благосклонности Анны Австрийской
ТРОПОЙ ИЗГОЯ: Падение лорда Кларендона
ХЕРРЕНХАУЗЕНСКАЯ ТРАГЕДИЯ: Граф Филипп Кенигсмарк и принцесса Софи-Доротея
ТИРАНОУБИЙСТВО: Шарлотта Корде и Жан-Поль Марат
1. ОТПУЩЕНИЕ ГРЕХОВ
Афонсо Энрикес, первый король Португалии
В 1093 году мавры из династии Альморавидов под предводительством калифа Юсуфа неудержимо хлынули на Иберийский полуостров, вновь овладев Лиссабоном и Сантаремом на западе и распространив свои завоевания вплоть до реки Мандего.
Дабы воспрепятствовать восстановлению магометанского владычества, Альфонсо VI Кастильский призвал на помощь христианскую знать.
В центре романа `Врата судьбы` - фигура капитана Гейнора, рискующего жизнью ради идеи, которой он беззаветно предан, - возвращению на английский престол династии Стюартов.
Глава I
За крепкой решетчатой дверью, закрывавшей выход из длинной, узкой галереи, задвигались неясные тени, и среди несчастных обреченных людей, мужчин и женщин, многие из которых не один день томились здесь, в Консьержери, пробежал и тут же стих сдержанный шепот: все они уже знали, что за этим последует. В наступившей напряженной тишине пистолетным выстрелом щелкнул, открываясь, огромный замок, одна из внушительных створок дверей широко распахнулась, и на пороге появился смуглолицый и коротко стриженный надсмотрщик в маленькой меховой шапочке и в голубой рубахе, распахнутой на волосатой мускулистой груди; за ним по пятам следовала огромная собака песчано-желтой масти. На широкой каменной площадке, откуда начинались ступени вниз, он чуть отступил в сторону и замер, давая пройти юркому молодому человеку в черном, плотно облегающем сюртуке и черной круглой шляпе с кокардой на боку и с пряжкой спереди.
Более сотни пар глаз — испуганных, безразличных, горделиво-равнодушных и презрительно-насмешливых — устремились
«Знамя Быка» завершает серию из трех книг, которую Р. Сабатини посвятил одному из самых значительных деятелей Италии эпохи Ренессанса и своих любимых героев — Чезаре Борджа. Первым произведением писателя на эту тему стало историческое исследование «Жизнь Чезаре Борджа» (1912), за которой последовал сборник рассказов «Суд герцога» (1912).
НОЧЬ МИЛОСЕРДИЯ. Преступление леди Алисы Лайл
Одна давняя, но памятная англичанам специальная выездная сессия суда присяжных, по справедливости названная «Кровавой», среди множества других рассмотрела и дело по обвинению леди Алисы Лайл. Приговор и его исполнение потрясли общество, и потому эта история дошла до нас во всех подробностях. Даже в те жестокие времена, когда публичные казни были обычным развлечением обывателей, смертный приговор пожилой даме, вынесенный лишь за то, что она воспользовалась единственной в ту пору привилегией женщины — проявлять милосердие к гонимым, поверг людей в ужас. В истории Англии это был первый подобный случай, и весьма зыбкий фундамент обвинения немало способствовал распространению дурной славы кровожадного верховного судьи Джефрейса, баронета Уэмского, для которого это дело стало первым из рассмотренных им в западных графствах.
Историку, желающему разобраться в побуждениях и психологии участников тех или иных событий, судебный процесс над Алисой Лайл особенно интересен тем, что в действительности она
Действие романа «Лето Святого Мартина» происходит в эпоху регентства Марии Медичи.
Глава I. ГЛАС НАРОДА
Из долины на крыльях ветерка поднимался колокольный звон вечерней службы, и шесть мужчин, обнажив головы, стояли в пастушьей хижине у вершины, отдавая должное пресвятой Богородице. С закопчённого потолка свисала бронзовая масляная лампа с тремя рожками, дававшая больше дыма, чем света. Однако и в полумраке можно было заметить, что одежда мужчин по своему богатству резко контрастировала с убогостью хижины.
Колокола смолкли, губы, безмолвно произносившие молитву «Аве Мария», перестали шевелиться, мужчины истово перекрестились, надели кто шапочку, кто шляпу, вопросительно переглянулись. Но прежде чем кто-либо подал голос, в сбитую из неструганых досок дверь постучали.
— Наконец-то! — воскликнул Фабрицио да Лоди с явным облегчением в голосе, а мужчина помоложе, в нарядной одежде, по его знаку подошёл к двери и распахнул её.
Вошедший был высок ростом, в широкополой шляпе, плаще, который он тут же распахнул и под которым виднелся самый что ни на есть скромный наряд: куртка