Ричард Вудмен
Советуем почитать
Я думала, мы больше никогда не встретимся. Но судьба сыграла со мной злую шутку: теперь я учусь в его классе, сижу с ним за одной партой и пытаюсь сделать все, чтобы Мистер Популярность перестал обращать на меня внимание. Я – его запретный плод. Он – моя несбыточная мечта. Нам нельзя быть вместе. Наши родители не простят этого, если узнают. Однако с каждым днем сопротивляться притяжению сложнее.
ХЭ обязателен.
История Вити Шестакова.
Можно читать отдельно.
Семья Моррис заблудилась в поисках зоопарка. По дороге они попадают в Кошмарию, страну оживших ночных ужасов. В ней почти нет посетителей, нет телефонов, а служители наряжены монстрами. Похоже, что здесь очень интересно. Правда, «Смертельный спуск» с горы что-то уж слишком опасен. А «Зеркальный дворец» вообще отбивает всякую охоту развлекаться. Все шутки в парке ужасов чересчур зловещие. Переходят всякие границы. Держись, читатель! Тебе скоро станет страшно.
Дина Рубина
"МАЙН ПИДЖАК ИН ВАЙСЕ КЛЕТКА..."
В ранней юности (а прошла она в Ташкенте, городе, по многим причинам, особом, и когда-нибудь я об этом напишу), варясь в крепком бульоне, настояном на ста четырех национальностях, я была глубоко убеждена, что чувства, реакции и этические посылы всех на свете людей соответствуют более или менее единому образу. Сейчас я понимаю, что Ташкент был уменьшенной моделью того самого плавильного котла, о котором так тоскуют американские и израильские социологи.
Кстати, до последнего времени я была уверена, что ташкентская модель оказалась более удачной, потому что... да Бог знает - почему! Возможно, потому, что речь идет о моих детстве и юности. Вообще, своей "ташкентскости", иначе говоря - провинциальности я перестала стесняться совсем недавно, постепенно осознавая и даже любовно (потому, что запоздало) культивируя в себе теплую поэзию землячества.
Итак, под ташкентским солнцем я была - все мы, дети, были - некой однородной
Раскаленное светило уже третье десятилетие смотрит на новых обитателей этого мира. Сначала это были первопроходцы, прокопченные, отважные мужчины и женщины, — идущие в неизвестность и мечтающие о новых горизонтах. Потом появились первые поселенцы, построившие свои городки и фермы. Потом первые бандиты, начавшие охотиться на караваны переселенцев, а за бандитами стали охотиться егеря и минитмены. Сейчас же солнце видело в этих местах сильных людей, строящих заводы и железные дороги, осваивающих пастбища и целинные земли. Людей, умеющих работать на совесть и драться за себя и друзей. Сильных людей, основу которых составили парни с рабочих окраин.
Человек из будущего в наших реалиях. Не толерантно. Ненормативная лексика.
В первый том Собрания сочинений Генрика Сенкевича (1846-1916) входят его повести и рассказы: "Старый слуга", "Ганя", "Наброски углем", "Комедия ошибок", "В прериях", "Ангел", "Янко-музыкант", "Орсо", "За хлебом", "На маяке", "Встреча в Марипозе", "Бартек-победитель", "Сахем", "Журавли". Перевод с польского: Е. Рифтиной, Е. Карловой, М. Абкиной, Е. Лысенко, Н. Подольской, В. Короленко, И. Добровольской, М. Вальдена, П. Ахромовича. Предисловие и примечания Б. Стахеева.
Он совершил большую ошибку. Он, полицейский, рискнул полюбить женщину, которой грозит смерть. Женщину, за которой идет охота. Женщину, у которой — могущественные враги. Женщину, которая знает слишком много. Такая любовь может стоить ему жизни…
Погибла директор элитного детского сада. Несчастный случай, обычное дорожное происшествие, виновник которого скрылся? Так может считать полиция, но только не проницательная Джулиет Эпплбаум. Она уверена — совершено преднамеренное убийство, и только ей под силу раскрыть это дело. И конечно, не без помощи мужа и двухлетней дочери. Джулиет Эпплбаум и ее невероятное семейство снова в бою. Искрометный захватывающий детектив Эйлет Уолдман «Преступления в детской».