Библиотека

Серж Московичи

Сверхчеловек или симулякр. Антология философии от Ницше до Бодрийяра
1109 страниц
Сверхчеловек или симулякр. Антология философии от Ницше до Бодрийяра

Современную эпоху называют «пучиной, в которой теряется смысл», «временем призраков в духовной сфере» или просто «эпохой призраков». Ее наступление предвидели еще в XIX веке наиболее проницательные умы, такие как Ницше; позже о ней много писали Хайдеггер, Камю, Ясперс, Бодрийяр и другие философы, а Фрейд, Юнг. Фромм исследовали особенности индивидуального и коллективного сознания, характерного для этого времени.

Данная книга составлена из лучших философских и психологических произведений конца XIX — начала XXI века, в которых исследуется человек «эпохи призраков», общество, распадающееся на массы, расколотое сознание людей. Эти исследования остаются ужасающе актуальными: как писал Бодрийяр, «все течет, все меняется у нас на глазах, все обретает новый облик, и, однако, перемен ни в чем нет».

Советуем почитать

Волшебная река
144 страниц
Волшебная река

В лагере для пленных конфедератов томится юноша-офицер. Его прелестная сестра, аристократка-южанка Индия Маршалл, приезжает в Рок-Айленд, дабы освободить брата из заключения – цена, которую придется заплатить за это, значения не имеет. Индия решает влюбить в себя одного из офицеров-северян – майора Коннора О'Брайена. Но тонкая игра неожиданно становится истинной страстью – пылкой, неодолимой, способной погубить влюбленных…

Призрак тайны
162 страниц
Призрак тайны

От молодого преуспевающего архитектора Чарли Уотерстоуна после десяти лет счастливого супружества уходит жена. В один миг рухнуло его счастье, его карьера… И Чарли бросает все и уезжает в маленький провинциальный городок. Встреча с молодой женщиной, чью жизнь тоже опалил огонь предательства, дает Чарли новую надежду.

О дальнейшей судьбе Чарли, Франчески и таинственной Сары Фергюссон рассказано в романе «Наваждение».

(Не)люди (СИ)
286 страниц
(Не)люди (СИ)

«Почему людей больше нет?» — на такое сложно ответить единственному на земле человеку. Но не-человек все же рассказал, как не знавшие покоя и осторожности люди, придумывая очередное «лекарство от смерти», создали вирус, поставивший в их истории точку.

Обжигающая тишина
192 страниц
Обжигающая тишина

Вернувшись из путешествия, Рэйчел узнает, что ее сестра погибла во время пожара. Теперь ей придется воспитывать дочь сестры, чья тайна рождения становится головной болью для Рэйчел и ее жениха Трэя.

Меж тем в город возвращается Джеб. Несколько лет назад его приговорили к тюремному сроку из-за показаний Рэйчел и Трэя, но затем оправдали из-за несостыковок в деле. Тогда была убита девушка, еще одна пропала.

Могут ли все эти события быть звеньями одной цепи?

Джеб намерен разобраться, тем более когда-то у него были отношения с Рэйчел. Вернуть себе доброе имя – значит навсегда расквитаться с прошлым.

Обещания
85 страниц
Обещания

Джаред Томас всю жизнь прожил в маленьком городке Кода, штат Колорадо, и давно уже отчаялся наладить личную жизнь — кроме него, в округе проживает единственный гей — школьный учитель вдвое старше его.

Так продолжается до тех пор, пока в его жизнь не входит Мэтт Ричардс, поступивший на службу в муниципальный полицейский департамент. У них сразу завязывается дружба, но все чаще кроме дружбы в их отношениях проскальзывает нечто большее.

Удастся ли Джареду убедить Мэтта преодолеть неприятие семьи и коллег и использовать свой шанс на счастье?

Охота
145 страниц
Охота

В мире тьмы, где такие, как он, почти полностью истреблены, семнадцатилетний Джин делает все, чтобы остаться незамеченным.

Тихая, идеально продуманная жизнь Джина рушится, когда его выбирают для участия в Охоте — жестокой игре, в которой победитель получает самый желанный приз. Удастся ли Джину сохранить свой секрет, когда одно неловкое движение может разоблачить его сущность?

Или Охота начнется на него?

«Это как „Голодные игры“… но намного мрачнее». Amazon.com

Смотрите, Джейн забивает!
155 страниц
Смотрите, Джейн забивает!

Это Джейн.

Иногда немного в расстроенных чувствах. Порой немного упрямая. Немного уставшая от свиданий вслепую с мужчинами, которые водят фургоны с диванами в кузове.

Джейн Олкотт ведет существование Одинокой девчонки в большом городе. А еще она живет двойной жизнью. Днем она репортер, пишущий статьи о матчах хоккейной команды «Сиэтлские Чинуки», а особенно об их прославленном вратаре Люке Мартино́. Ночью она писатель, втайне ото всех создающий скандальные рассказы журнального сериала о приключениях «Медового пирожка», о котором говорят все мужчины.

Смотрите, Джейн вступает в спор.

Люк ясно выразил свое мнение о паразитах-репортерах, в том числе и о Джейн. Но если он думает, что может испортить ей жизнь, ему лучше подумать еще разок.

Смотрите, Джейн покоряет.

Всю жизнь Люка интересовала только его карьера. Последнее, в чем он нуждается, это острый на язык репортер – заноза в заднице, копающийся в его прошлом и путающийся у него под ногами. Но когда маленькая журналистка меняет свою черно-серую одежду на сексуальное красное платье, Люк понимает, что в Джейн есть намного больше, чем он увидел с первого взгляда.

Может быть, пришло время рискнуть. Может быть, пришло время воплотить фантазии в жизнь. Может быть, пришло время… позволить Джейн забить гол.

Речь премьер-министра У Черчилля в Палате Общин по случаю смерти Невилла Чемберлена - 'Дань Невиллу Чемберлену' - 12 ноября 1940 года
Уинстон Черчилль
3 страниц
Речь премьер-министра У Черчилля в Палате Общин по случаю смерти Невилла Чемберлена - 'Дань Невиллу Чемберлену' - 12 ноября 1940 года

Речь премьер-министра У.Черчилля в Палате Общин

по случаю смерти Невилла Чемберлена

"Дань Невиллу Чемберлену" - 12 ноября 1940 г.

Перевод: Ann Revnivtseva Mike Revnivtsev

12 ноября 1940 г.

Палата Общин

Со времени нашей последней встречи Палата Общин понесла тяжелую утрату в лице одного из наиболее выдающихся ее членов, в лице политика и слуги народа, который в течении лучшей части памятных трех лет был первым королевским Министром.

Жесткая и горькая полемика, которая велась вокруг него в последнее время притихла при известиях о его болезни и умолкла с его смертью. Платя дань чести и уважения выдающемуся человеку, ушедшему от нас, никто не обязан менять свое мнение о событиях ставших теперь частью истории; однако не надо забывать, что к концу жизни мы все можем отойти от наших прежних мнений и суждений под влиянием новых критических взглядов. Человеку не дано, к счастью, в какой-либо степени точно предсказывать или предвидеть