Тимофей Иванов
Советуем почитать
В подземном мире, где живут гоблины. Джигу катастрофически не везет. Даже когда гоблинский капитан Порак послал его в рейд против незваных гостей с поверхности, невезучий Джиг умудрился сразу же угодить в лапы искателей подземных сокровищ. И теперь в компании с принцем Бариусом, его полубезумным волшебником-братом, девушкой-эльфийкой, большой специалисткой по части взламывания замков, и гномом, охраняющим особу королевский кровей, он вынужден заниматься поисками Жезла Творения, волшебной палочки, с помощью которой когда-то был создан подземный мир.
С самого детства я знала, что моя жизнь будет принадлежать этому месту – Кварталу наслаждений. Редко кому удается выбраться отсюда и получить свободу, но благодаря таланту у меня есть этот шанс.
Я – Торани Фелз, последняя из иллюзорных суккубов, элитная куртизанка, дочь греха и порока. Мой дар – создавать иллюзии, где исполняются самые яркие фантазии и мечты, любые чувственные удовольствия, о которых боятся подумать или признаться себе.
Но наутро моя магия рассеивается, оставляя после себя лишь легкий флер эйфории…
Пять веков назад ради призрачной надежды на спасение дивной страны ее последние чародеи заключили свое могущество в Кровавую Книгу. И вот для юной ведьмы Элены настало время добавить к своему роковому дару объединенную силу древних магов… Но самый опасный на свете враг не будет ждать, когда окрепнут ее чары. Спасаясь от крылатых посланцев Темного Властелина, Элена скрывается на чужбине. Постепенно вокруг нее собирается отряд проклятых и гонимых, они готовы сразиться со слугами зла и возродить великую некогда империю…
Два разных мира, два разных человека.
Она — среднестатистическая девушка, таких Вы встречаете каждый день на улице, в магазине, в метро. Таких как он, Вы тоже видите, но в журналах, по телевизору, в интернете.
Они не могли встретится. Никак не могли! Но встретились… Человек предполагает, а Бог располагает!
Австралийский школьник Джесс ехал в вагоне нью-йоркского метро на экскурсию в Мемориалу жертвам теракта 11 сентября, когда в результате страшного взрыва поезд потерпел крушение. В живых остались только Джесс и трое его друзей. Выбравшись на поверхность, они обнаруживают, что город лежит в руинах, а люди, которым удалось выжить, заражены страшным вирусом, превратившим их в кровожадных зомби...
Повесть для детей о приключениях роботов, которые при загадочных обстоятельствах остались одни на планете и начали поиски людей.
В очередной том серии вошли 2 произведения Роберта Асприна "Иначе — это МИФ" и "Другой отличный МИФ"
Шедевром Стерна безоговорочно признан «Тристрам Шенди» (Life and Opinions of Tristram Shandy, Gentleman). На первый взгляд роман представляется хаотической мешаниной занятных и драматических сцен, мастерски очерченных характеров, разнообразных сатирических выпадов и ярких, остроумных высказываний вперемежку с многочисленными типографскими трюками (указующие пальцы на полях, зачерненная («траурная») страница, обилие многозначительных курсивов). Рассказ постоянно уходит в сторону, перебивается забавными и порою рискованными историями, каковые щедро доставляет широкая начитанность автора. Отступления составляют ярчайшую примету «шендианского» стиля, объявляющего себя свободным от традиций и порядка. Критика (прежде всего С.Джонсон) резко осудила писательский произвол Стерна. На деле же план произведения был продуман и составлен куда более внимательно, чем казалось современникам и позднейшим викторианским критикам. «Писание книг, когда оно делается умело, – говорил Стерн, – равносильно беседе», и, рассказывая «историю», он следовал логике живого, содержательного «разговора» с читателем. Подходящее психологическое обоснование он нашел в учении Дж.Локка об ассоциации идей. Помимо разумно постигаемой связи идей и представлений, отмечал Локк, бывают их иррациональные связи (таковы суеверия). Стерн разбивал крупные временные отрезки на фрагменты, которые затем переставлял, сообразуясь с умонастроением своих персонажей, от этого его произведение – «отступательное, но и поступательное в одно и то же время».
Герой романа Тристрам – вовсе не центральный персонаж, поскольку вплоть до третьего тома он пребывает в зародышевом состоянии, затем, в период раннего детства, возникает на страницах от случая к случаю, а завершающая часть книги посвящена ухаживанию его дядюшки Тоби Шенди за вдовой Водмен, вообще имевшему место за несколько лет до рождения Тристрама. «Мнения» же, упомянутые в заголовке романа, по большинству принадлежат Вальтеру Шенди, отцу Тристрама, и дядюшке Тоби. Любящие братья, они в то же время не понимают друг друга, поскольку Вальтер постоянно уходит в туманное теоретизирование, козыряя древними авторитетами, а не склонный к философии Тоби думает только о военных кампаниях.
Читатели-современники объединяли Стерна с Рабле и Сервантесом, которым он открыто следовал, а позже выяснилось, что он был предвестником таких писателей, как Дж.Джойс, Вирджиния Вулф и У.Фолкнер, с их методом «потока сознания».