Урсула Ле Гуин
В сборнике представлены научно-фантастические рассказы на математические темы писателей Англии, Италии, США, Франции. Для любителей научной фантастики.
Традиционный молодогвардейский сборник научно-фантастических повестей, рассказов, очерков и статей.
В новом сборнике серии «Фата-Моргана 9» читатель найдет произведения всех направлений жанра: традиционная «твердая фантастика», «фэнтези», «ужасы», «авангард», представлены и классики современной фантастики, и те, чьи имена читатели России откроют для себя впервые.
Научная фантастика США — явление интересное, многообразное и противоречивое. У ее истоков стояли такие прославленные писатели, как Э. По, Дж. Лондон, А. Бирс. Традиции классиков успешно развивают получившие всемирную известность прогрессивные писатели-фантасты. В настоящий том вошли повести и рассказы таких авторов, как Р. Брэдбери и А. Азимов, Ф. Пол и Р. Шекли, К. Саймак и К. Воннегут, Т. Старджон и Г. Гаррисон, Д. Киз и У. Ле Гуин.
Составление и предисловие Е. Парнова.
Манускрипт, найденный в муравейнике
Тексты, написанные выделениями желез органов осязания на дегерменизированных семенах акации, уложенных рядами в конце узкого изломанного туннеля, были обнаружены на одном из самых глубоких уровней колонии. Именно упорядоченное расположение семян и заинтересовало исследователей в первую очередь.
Содержание их отрывочно, перевод приблизителен и допускает различные толкования, однако тексты, безусловно, заслуживают внимания хотя бы из-за их поразительного отличия от любых других известных нам муравьиных текстов.
Семена №№ 1—13:
«(Я) не коснусь никого усиками. (Я) никого не поглажу. (Я) изолью сладость души на высохшие семена. Их, возможно, найдут, когда (я) умру. Коснись этого сухого дерева! (Я) призываю! (Я) здесь!»
Этот фрагмент может быть прочитан и таким образом:
«Не касайся никого усиками. Никого не гладь. Излей сладость души на высохшие семена. (Другие), возможно, найдут их, когда (ты) умрешь. Коснись этого сухого дерева! Призыв: (я) здесь!»
Ни в одном из известных нам муравьиных диалектов не используются
В эту книгу, начинающую собрание сочинений классика «женской фантастики», вошли знаменитые романы «Волшебник Земноморья» и «Гробницы Атуана» из всемирно известной тетралогии «фэнтези» о вселенной Земноморья, где Истинное Слово правит миром.
Американская писательница Урсула Ле Гуин пользуется славой одного из лучших фантастов XX века. Роман «Волшебник Земноморья» открывает философский цикл «Земноморье» из четырех книг, выполненный в лучших традициях фэнтези. Драконы, пророчества, заклинания, выпущенное на свободу Зло и победа над Тенью — словом, магический мир во всем его таинственном многообразии.
Цикл Урсулы Ле Гуин о Земноморье давно и прочно обосновался на Золотой полке мировой фэнтези рядом с книгами Толкиена, Льюиса, Говарда и других классиков жанра. По мотивам цикла сняты телесериал и полнометражный мультфильм. В настоящий том вошли первые четыре романа одной из самых знаменитых саг в современной истории фантастики.
Мои роман «Обделенные» — о небольшой планете, где живут те, что называют себя одонийцами по имени основательницы своего общества Одо, жившей за два века до описанной в романе эпохи. Она, таким образом, не является действующим лицом данного произведения — хотя все в нем так или иначе связано с нею.
Одонизм — это анархизм. Но не тот, что связан с террористами и бомбами за пазухой, какими бы иными именами он ни пытался прикрыться. Одонизму не свойственны социально-дарвинистский подход к экономике и доктрина свободы воли, столь характерные для ультраправых. Это анархизм в «чистом» виде, анархизм древних даосов и работ Шелли, Кропоткина, Голдмена и Гудмена.
Основной целью критики одонистов является авторитарное государство (все равно — капиталистическое или социалистическое); основу их морали и практической теории составляет сотрудничество (солидарность, взаимопомощь).
С моей точки зрения, анархизм — вообще самая идеалистическая и самая интересная из всех политических теорий.
Однако воплотить подобную идею
* * *
Это первый рассказ, за который мне заплатили, второй рассказ, который я опубликовала, и, наверное, тридцатый или сороковой из мною написанных. Стихи и прозу я писала с того дня, когда мой брат Тед, которому надоела неграмотная пятилетняя сестренка, научил меня читать. Годам к двадцати я начала рассылать свои труды издателям. Кое-какие стихи были напечатаны, но прозу я до тридцати лет даже не пыталась предлагать – так упорно ее отвергали. «Апрель в Париже» стал первым «жанровым» рассказом – определенно фантастическим, – написанным мною с 1942 года, когда я накропала для «Эстаундинг» рассказик о Происхождении Жизни на Земле, который был по некоей недоступной мне причине отвергнут (мы с Джоном Кэмпбеллом не сходились характерами). В двенадцать лет мне было очень приятно получить уведомление об отказе на настоящем бланке, но в тридцать два мне было куда приятнее получить чек. Профессионализм – не добродетель. Профессионал – это человек, делающий
Уже семнадцать лет, как мирный и радостный Ансул покорен варварами-иноземцами. Его дворцы разрушены, библиотеки уничтожены, алтари богов и духов, которых почитали жители, — в запустении. Но сердце города — Дом Оракула, где живет Султер Галва, искалеченный пытками, но так и не сломленный Лорд-Хранитель Ансула, — живо. Как жива и память о былом величии и любовь к свободе.
Уже семнадцать лет, как, покинув родину, путешествует по земле поэт и сказитель Оррек Каспро, который словом способен воспламенять души людей.
Они встретятся. И с этого момента начнется для Ансула и всех ныне в нем живущих новый отсчет времени…
Солли была космическим ребенком — дочерью посланников-мобилей, которые жили то на одном, то на другом корабле, мотаясь по разным мирам и планетам. К десяти годам она налетала пятьсот световых лет, а к двадцати пяти прошла через альтерранскую революцию, научилась айджи на Терре и прозорливому мышлению у старого хилфера на Роканане, закончила хайнанский университет, получила ранг наблюдателя и выжила в командировке на смертоносной умирающей Кеаке, проскочив при этом на предельной скорости еще полтысячи световых. Несмотря на молодость она повидала многое.
Конечно, Солли скучала в посольстве на Вое Део, где весь персонал, словно сговорившись, учил ее помнить это и не забывать о том, остерегаться одного и стремиться к другому. Но, будучи посланницей-мобилем, она уже привыкла к подобному отношению. Уэрел действительно имел свои причуды. Хотя у какого мира их не было? Она прилежно зубрила свои уроки и теперь знала, когда надо делать реверансы и не рыгать за столом,