Владимир Рюмин
Советуем почитать
Из сборника «Веселые устрицы», Санкт-Петербург, 1910 год.
1
Мне встретились недавно, дорогой Серапион, какие-то стихи, весьма недурные, с которыми, как думает Дикеарх, Еврипид обратился к царю Архелаю:
Я, бедняк, не желаю делать подарки богачу:
Не сочти меня безумным или что мной руководит какой-нибудь расчет.
И в самом деле, человек, дающий мало из своего скудного состояния людям богатым, нисколько им не угождает, наоборот, ему не верят, что он дарит просто так, и, мало того, он еще получает репутацию подлого и низкого человека.
Но посмотри, насколько денежные подарки уступают по благородству и красоте дарам разума и мудрости: приятно и дарить их, и просить взамен от получивших подобных же даров. Поэтому я посылаю тебе, а через тебя и нашим друзьям свои первые плоды — некоторые из пифийских речей в надежде, признаюсь, получить от вас подобные же подарки в большем количестве и более хорошие, поскольку вы располагаете возможностями многолюдного города и имеете свободное время для чтения многих
Недавно, просматривая «Старые годы», я снова перечитал статью о художнике Федоре Калмыке, который в Карлсруэ сделался придворным живописцем баденских герцогов. И захотелось рассказать о другом калмыке — он мог бы стать личным живописцем папы римского, а при русском дворе императора Николая I его лишили громкого титула «русского Рафаэля».
Окунемся в старину. Однажды калмыцкая орда, населявшая приволжские степи, вдруг стронулась со своих кочевий в сторону далекой страны Джунгарии. Екатерина II послала за ордой погоню, и в 1776 году казаки нашли в покинутом улусе плачущего мальчика в желтых сапожках. Кто он такой, не выяснили. Сироту отправили в Московский Воспитательный дом, где его крестили, он стал писаться Алексеем Егоровичем Егоровым. Мальчик подрос, а тогда не было дурной привычки спрашивать: кем, миленький, стать хочешь? Детей, воспитанных на казенный счет, строили по ранжиру: ты — в музыканты, тебя — в сапожники, ты ступай в балет, а тебя — в повара…
Лорд Аддис де Валенс возвращается в свое имение после Крестового похода и обнаруживает, что его владения прибрал к рукам самозванец. Теперь будущее Аддиса целиком зависит от него самого. В надежде вернуть то, что принадлежит ему по праву, он готовится к борьбе. Внезапно в сердце рыцаря с новой силой вспыхивает любовь к прекрасной Мойре Фолкнер…
Всю жизнь Джейн старалась доказать себе и родным, что достойна быть частью семьи Купер: много занималась, работала, чтобы достичь совершенства и стать идеальным доктором. Но мать, отец и сестра видели в ней только гадкого утенка и считали бездарной и неуклюжей. Да еще и любимый человек, с которым она мечтала создать семью, оставил ее ради другой женщины. Джейн опустила руки, решив посвятить себя работе и не заводить серьезных отношений… Пока не встретила на балу прекрасного незнакомца, который заставил ее вновь почувствовать себя желанной. Но страх быть покинутой преследует Джейн, и она не знает, сможет ли решиться на отчаянный шаг…
Джон Харт – единственный писатель в истории, дважды подряд получивший одну из главных остросюжетных литературных наград – премию Эдгара Аллана По. Его произведения переведены на 30 языков и продаются в 17 странах мира.
Перед вами – история, достойная пера Стивена Кинга. Феноменальная история потери и надежды, обретения себя, стойкости перед лицом зла.
Детство Джонни закончилось в одночасье – когда год назад пропала его сестра-близнец Алисса. Отец, не выдержав бремени вины, ушел из семьи. Мать нашла забвение в алкоголе и таблетках. А сам Джонни перестал быть обычным мальчишкой и превратился в одержимого. Каждый день он творит странные ритуалы и посвящает все свое время поискам сестры. Все окрестности и подозрительные соседи изучены вдоль и поперек. Но надежда разгорается с новой силой, когда Джонни внезапно становится свидетелем жуткой погони со смертельным исходом. Последние слова сбитого мотоциклиста дают ему новую зацепку…
Меня зовут Ивидель Астер. Я студентка первого потока Магиуса. И кажется, я натворила дел.
Сожгла лабораторный корпус.
Провалила магическую защиту.
Оказалась в центре заговора.
И каждый день ищу встречи с тем, кого нарекли жестоким бароном, а это уж вовсе не достойно леди.
Теперь надо выпутываться. И поскорее, пока отец не посадил меня под замок до самого замужества и не заставил вышивать крестиком.
Роберт ХАЙНЛАЙН
РАКЕТНЫЙ КОРАБЛЬ "ГАЛИЛЕЙ"
Глава 1
"И ПУСТЬ ВЗРЕВЕТ РАКЕТА"
- Все готовы? - Юный Росс Дженкинс взволнованно оглядел двух своих товарищей. - Арт, как там твоя камера? Надеюсь, на сей раз ты не забудешь снять крышку с объектива? Трое юношей притаились за высокой и толстой бетонной стеной длиною около десяти футов. За ней возвышалась надежно врытая в землю стальная платформа, к которой был привинчен зловещий и безобразный с виду заостренный металлический снаряд - ракета. По обе стороны корпуса виднелись кронштейны, к которым полагалось крепить стабилизаторы, но те были сняты: ракету установили для проведения эксперимента. - Так что с камерой, Арт? - продолжал допытываться Росс. Парень, к которому он обращался, выпрямился во весь свой рост - пять футов три дюйма - и взглянул Россу в лицо. - Смотри сам, - ответил он, - крышку я, конечно же, снял. И нечего меня попрекать. Ты бы