16 Мегабайт тому назад стр. 31
скамейке, повертела головой по сторонам и от нечего делать подвинулась поближе к зевающему усатому базилевсу:
— Э-э… Гиппократ…
— Гиппокрит, — буркнул он, взглянув на неё исподлобья, — чего тебе?
— Вы на меня не обиделись?
— Нет. Мы, цари, выше этого… слушай, положи моё яблоко!..
— Ой, извините, я не знала, что оно ваше… а почему вы такой невесёлый?
— Тебе какое дело?
— Может, вы себя плохо чувствуете, — неуверенно сказала она, — может быть, вам поговорить не с кем?..
— Хорошо я себя чувствую! — отрезал Гиппокрит. — Не приставай к царю! Где тебя воспитывали?!
— Нигде, — обезоруживающе улыбнулась Морган, — меня только вот сейчас начали… Послушайте, — зашептала девочка, доверительно наклонившись к августейшему уху, — только честно — вам тут не скучно?..
— Гм…
— Мне тоже! — радостно сообщила она. — А Вася говорил, что нам показательное выступление атлетов обещали…
— Интересуешься? — с одобрением прищурился спартанский военноначальник. Морган опустила ресницы:
— Ну, я не профессионал… я больше бокс люблю! И грушу бить умею, вот!
— Зачем её бить?.. — не понял Гиппокрит, недоумённо глядя на тарелку с фруктами. — Её есть надо!
— Да нет! Боксёрская груша!
— Какая?
— Вы, может, и о Майке Тайсоне никогда не слышали?! — поразилась она.
— Атлет?
— Чемпион! Он ещё Холлифилду ухо оттяпал! Не понимаете, да?.. — она воодушевилась. — Ладно! Сейчас объясню. Значит, так…
Грэй ковырял в зубах отодранной от столешницы деревянной щепкой. Мясо, конечно, было хорошее, но жилистое и волокнистое. Говядина, судя по всему… Наёмник прислушался к сотрапезникам.
— Я слыхал, Афины выставляют Артабаза…
— Сильный борец, но наш Клеандр заткнёт его за пояс!
— Так-то оно так, да вот только…
— Что ты там бормочешь?.. Всем известно, что Клеандр — лучший после Гиппокрита воин в Спарте!
— Так ты не слышал?..
— О чём?
Говорящие понизили голос. Слева доносилось:
— … а в третьем раунде он наконец открылся! И тут — р-раз! Нокаут!.. Но рефери, паразит…
— Не засчитал?!
— Засчитал, да тут, понимаешь…
Грэй усмехнулся. Как разошлась. Хотя про бокс врёт ловко…
— Ну, что я могу вам сказать о вере?.. — слышалось справа. — В сущности, ад и рай отличаются только поставщиком софта…
— А если брать конкретнее?
— Филипп Артаксерксович, ну это же сугубо дискуссионный вопрос! Вера — дело добровольное, пускай и существует одна главная государственная религия, но, тем не менее, христианство — это ещё не всё…
— Христианство? Мне казалось, что в Китае проповедуют буддизм!
— А… э… это — староверы! Будущее — за святым Далай-Ламой, чтоб его нимбоподобная лысина светила его пастве в бурю и непогоду!..
Чушь несёт, аж уши в трубочку сворачиваются, подумал Грэй. Ещё чуть-чуть, и он столицей Китая объявит Лондон. А этот смазливый царь сидит, слушает, головой
кивает… одна надежда — на то, что в Азии он действительно раньше не был!..
— А потом его дисквалифицировали, и он сказал… — Морган перешла на шёпот.
— Так и сказал?!
— Я тебе дословно цитирую!..
— А они что?
— Пояс отобрали!.. А он и говорит…
— Как-как?!
— … — снова неразборчивое бормотание, и хохот Гиппокрита.
Царь Филипп развёл руками:
— Нет, не знаю.
— А вы подумайте!.. — наседал Васенька.
— Я ведь не китаец, откуда мне знать, почему вы едите палочками?..
— А это мы так ложки обгрызли!
Грэй скептически посмотрел на хохочущую четвёрку и кашлянул:
— Эй, нам не пора?.. Васька!
— А?..
— Хватит трепаться. Не забывай, мы ненадолго.
— Грэй,