1917: Да здравствует император! стр. 54
Когда грузовик затормозил, из него стали выпрыгивать вооруженные люди. Довольно странное сочетание солдат, матросов и даже каких-то рабочих, а также их довольно лихой вид и вызывающее поведение характеризовали прибывших не как отряд, а, как ни странно это звучит, именно как компанию военных и «привоенившихся».
Многие из прибывших были крест-накрест опоясаны пулеметными лентами, хотя вооружены были далеко не все. Да и оружие их поражало своим разнообразием и разномастностью. Тут были и обычные трехлинейки, и кавалерийские карабины, и маузеры, и наганы, а у некоторых вместо оружия в руках были казачьи шашки и даже лопаты, которыми они воинственно размахивали из стороны в сторону. Был в грузовике даже пулемет. Единственное, что объединяло всю это разномастную компанию, это были красные банты на груди, да еще, пожалуй, общая страсть к выкрикиваниям революционных лозунгов и угроз в адрес буржуев вообще и офицеров в частности.
Старший в этой компании, расхристанный, диковинно одетый и поразительно похожий на проходимца с Хитровки, подозвал к себе дворника и потребовал у него назвать «подозрительные квартиры», в которых следует немедля провести обыски и экспроприации «всего награбленного у трудового элемента». Бледный дворник что-то залепетал в ответ, и вот уже прибывшие начали разбегаться по парадным.
– А чё у солдат командир не военный?
Егорка оглянулся на спросившего Матвея, с которым они сидели на чердаке, и пожал плечами.
– А я-то почем знаю? Могёт быть, что и переоделся.
Матвей хмыкнул и отрицательно замотал головой.
– Не, Егорка, не могет того быть. По ём же видать, что никакой он не военный. И морда в нево, как у прохиндея.
Где-то в доме прозвучал выстрел. Потом еще один. Несколько человек из прибывших побежали на звук стрельбы, кто-то кричал, что нужно кого-то ловить у черного хода – в общем, все пришло в то хаотическое движение, когда каждый действует сам по себе, но тем не менее подчиняется движению и настроению толпы, в которой он находится.
И вот из подъездов начали выталкивать каких-то перепуганных людей, среди которых попадались и женщины. Выведенных во двор жильцов, а также дворника дома, заставляли залезть в кузов грузовика, но дальше случилась заминка – нужно было найти желающих ехать с задержанными в штаб в качестве конвоя, но ехать никто не хотел, порываясь принять участие в увлекательнейшем занятии – обыске «подозрительных квартир» и следующей за обыском экспроприации найденного.
Мальчишки на чердаке активно перешептывались, глядя на то, как переругиваются прибывшие. Зрелище было забавным, и Егорка с Матвеем время от времени прикрывали ладошками свои рты, для того чтобы не смеяться в голос и не привлекать к себе внимания.
Казавшееся поначалу таким скучным сидение на чердаке обещало стать весьма интересным, и два друга уже не жалели о том, что им пришлось вместо интересных хождений по улицам отсиживаться в этом унылом месте. А вначале они сильно грустили по этому поводу и уже разрабатывали планы побега из-под родительского запрета.
А запрет был весьма весомым. После того как Егор заявился домой и застал мамку всю в слезах, которая поначалу бросилась к нему и прижала к себе, а затем отходила какой-то тряпкой, он еще пытался вяло огрызаться про то, что все равно будет бегать на демонстрации. Но вот после того, как вернулся батяня, искавший его по