Библиотека

1917: Да здравствует император! стр. 74

Размер шрифта
-
+
Тема
февраля (13 марта) 1917 года

Я дышал ночным воздухом в ожидании того момента, когда оцепление гостиницы вновь займет свое место в кузове грузовика и мы двинемся на встречу с человеком, к которому я стремился все это время.

Остался последний рывок – встреча с Николаем Вторым, жесткая беседа, и вот мой «любимый братец» уже никуда не едет. А за этим последует подавление мятежа для страны и уже совсем другая история и другие перспективы, в том числе и для меня. Но сегодняшний день меня уже научил, что законы Мерфи действуют и в этом времени. Как там – «когда дела идут хорошо, что-то должно случиться в самом ближайшем будущем»? Это именно мой случай.

Мои философствования были прерваны в этот самый момент. Разве я сейчас вижу не вестника катастроф, который опять явился ко мне, и снова в образе штабс-капитана Мостовского? Хотя в последнюю нашу встречу вроде ничего плохого не произошло. Во всяком случае, сразу. Но оценивая выражение его лица, что-то подсказывало мне, что проблемы у меня не кончились.

Глубоко вздохнув, я дал команду охране пропустить Мостовского к моей обожаемой персоне.

Царское Село.28 февраля (13 марта) 1917 года

Ночью граф Бенкендорф был вызван к телефону генералом Хабаловым.

– Доброй ночи вам, Сергей Семенович!

Хабалов нервно охнул.

– Шутить изволите, Павел Константинович? Какая ж она добрая?

– Вам виднее. С какими делами ко мне, Сергей Семенович? Я так понимаю, вы вовсе не о превратностях ночи хотели поговорить в столь поздний час?

Было слышно, как на том конце провода засопел Хабалов.

– Я к вам, Павел Константинович, по делу. Очень важному. Дело в том, что под моей командой верные войска взяли под охрану Зимний дворец. У главных ворот поставили два орудия…

Бенкендорф перебил собеседника:

– Сергей Семенович, это, безусловно, очень интересно, но что вы от меня-то хотите?

– Проблема у нас, которую можете решить только вы, Павел Константинович. Но все дело в том, понимаете ли, что войска голодны, а пищу из запасов дворца нам не дают. Говорят, что нет у них такого распоряжения, и никто не хочет брать на себя ответственность за возможные убытки казне. Вы уж дайте указание, Павел Константинович, а то и эти разбегутся, понимаете? И так уж Западный кавалерийский полк сообщил нам, что у них нет пищи и фуража, да и смерти они не хотят. Не хотят нам и не хотят себе, понимаете? Поэтому делегаты от полка к нам пришли и сообщили, что полк покидает нас и походным порядком уходит в Новгород в свои казармы. А остальные-то это видят, понимаете? И моральный дух у них, скажу я вам, такой, что… Вы меня понимаете? Так что если еще и этих не накормим, то сами понимаете…

Пораженный Бенкендорф молча слушал нелепое бормотание растерянного командующего Петроградским военным округом и понимал, что столица государем уже потеряна.

Могилев.28 февраля (13 марта) 1917 года

– Ну что, Александр Петрович? Какую злую весть вы мне принесли?

Мостовский растерялся.

– Почему вы так решили?

– Ох, Александр Петрович, Александр Петрович… – Качаю головой. – Жаль, что у меня с собой нет большого зеркала, вы бы насладились выражением собственного лица. Итак, милостивый государь, не отбирайте моего времени – у меня его в обрез. Государь вот-вот уедет. С чем

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.