1977. Кошмар Чапелтауна стр. 286
семь.
– Хорошо, – сказал он и встал.
Он закрыл занавески и поставил плетеное кресло в центр комнаты.
– Сними рубашку и сядь сюда.
Я сделал так, как он сказал.
Он взял с кровати ножницы.
Я сглотнул.
Он встал позади меня и начал стричь.
– Хотите освежиться к выходным?
– Да что-то макушка сильно отросла, – ответил я, улыбаясь.
Он закончил стричь, подул мне на голову, затем смахнул оставшиеся седые волосы рукой.
Он подошел к кровати и положил ножницы обратно на полотенце.
Он взял крестовую отвертку и маленький закругленный молоток, встал позади меня и зашептал:
– В море пути Твои, и стези Твоя в водах многих, и следы Твои не познаются.
Я закрыл глаза.
Он поставил острие отвертки мне на макушку.
И я увидел —
Две семерки сталкиваются, и все начинается снова, и снова, и снова, лица, закрытые плащами, ботинки на бедрах, трусы, болтающиеся на одной ноге, задранные лифчики, вырезанные груди и выпотрошенные животы, пробитые головы, грубость и жестокость, Смутное Время, охота на ведьм, древние английские города, десять тысяч мечей, сверкающих на солнце, тридцать тысяч танцовщиц, рассыпающих цветы, белые слоны в красно-сине-белых попонах, цена, которую мы платим, долги, в которые мы влезаем, искушение Джека под дешевыми плащами, очередная водолазка и розовый лифчик задраны, под ними – плоская белая грудь, змеи, ползущие из ран в брюшной полости, белые трусики, болтающиеся на одной ноге, сандалии, лежащие на дряблых ляжках, девушки легкого поведения в крови, густой, черной, липкой крови, заливающей их волосы, вперемешку с кусочками кости и серого мозга, медленно стекающей на траву в Солджерс Филд, вспышки света внутри моих глазниц, белая ночнушка из универмага «Маркс и Спенсер», дочерна пропитанная кровью из наделанных им дыр, сплошные дыры, эти дырявые люди, эти дырявые головы, Дэниел стоит у древней стены в древние времена, играет со спичками внутри моих глазниц, настене написано «тофет»: белые «Форды-капри», бордовые «корсары», «лендроверы», свой срок можно мотать по-разному, НЕНАВИСТЬ, без подлежащего, без сказуемого, просто НЕНАВИСТЬ: йоркширские бандиты и йоркширские полицейские, Черная Пантера и Йоркширский Потрошитель, Жанетт Гарланд и Сьюзан Ридьярд, Клер Кемплей и Майкл Мышкин, Мэнди Уаймер и Пола Гарланд, стрэффордская перестрелка и убийства экзорциста: Майкл Уильямс и Кэрол Уильямс, я держу ее в объятиях посреди улицы, мои руки в крови, ее лицо в крови, мои губы в крови, ее рот в крови, мои глаза в крови, ее волосы в крови, мои слезы кровавые, ее – кровавые, Кровь и Огонь, и я плачу, потому что знаю, что все кончено, потому что над очагом, расположенном напротив двери, висит гравюра под названием «Вдова рыбака», окно занавешено мужским кителем, крестовые отвертки, тяжелые прорезиненные ботинки, маленький закругленный молоток, Министрель побеждает с преимуществом в полсекунды, имбирное пиво и черствый хлеб, пепел в очаге, всего лишь комната и девушка в белом, почерневшая до кончиков ногтей и дыр в голове, всего лишь девушка, прислушивающаяся к шагам за дверью по мостовой, сердце жертвы отсутствует, дверь комнаты заперта изнутри, как ни старайся, далеко не убежишь, выстрелы в Хэнгинг-Хитоне, выстрелы в Скиптоне, выстрелы в Донкастере, выстрелы в Селби, Юбела, Юбело, Юбелум, он поглаживает бороду, качает головой, подмигивает и исчезает, там, где вы ищете одного – двое, где двух
Переход на страницу