1993. Расстрел «Белого дома» стр. 299
мы в воспоминаниях А. Залесского далее. — Успею ли умыться? А то ведь неизвестно, что будет. Может, повезут в тюрьму, если останусь в живых. Выхожу в коридор. Кого ни встречу по дороге к умывальнику — у всех какое-то иное, чем вчера, выражение лица. Не беспокойство, не страх читаю я на этих лицах, а обреченность. Каждый как бы мысленно надел белую рубаху смертника. На нашем этаже двое охранников, положив автоматы на колени, вполголоса поют какую-то песню». [Залесский А. Конец Дома Советов (воспоминания очевидца) // Наш современник 2003. № 9. С. 216.]
Однако внутреннее радио было не везде. Поэтому некоторые обитатели Белого дома проснулись
только тогда, когда услышали шум подходящей бронетехники или же выстрелы.
«Где-то что-то мощно загудело или загрохотало, — вспоминает Н. Кочубей. — Но не на нашей территории. Вроде далеко. Гул стремительно нарастал. Многие внезапно очнулись ото сна. Женщина с заспанным лицом тревожно спросила: „Что это?“ Отозвался мужской голос: „Похоже, танки“. На нас пошли с танками? Какой абсурд! И вдруг на фоне гула — короткая автоматная очередь. Потом — ещё». [Кочубей Н. Вторая рота, откликнись! // Дуэль. 2004 № 39. 28 сентября]
По свидетельству Э. А. Коренева, первые выстрелы прозвучали в 6.35 на перекрестке Рочдельской улицы и улицы Николаева, где находилась одна из баррикад. [Запись беседы с Э А. Кореневым. Москва. 4 октября 2006 г // Архив автора] Эти выстрелы, по всей видимости, слышал А. Л. Климовских, который рано утром вышел из спортзала и направился к Горбатому мостику. [Запись беседы с А. Л. Климовских. С.-Петербург. 9 мая 2006 г. /Архив автора. ] Затем наступила пауза. И только потом перед Белым домом появились БТРы. [Запись беседы с Э. А. Кореневым. Москва. 4 октября 2006 г. // Архив автора]
Первые БТР с «афганцами», пишет И. Иванов, подошли к зданию парламента в 6.43 и «прямо с брони стали безжалостно расстреливать парламент и его безоружных защитников». [Иванов И. Анафема С. 251. По утверждению Александра Леонидовича Климовских, это произошло еще раньше. Когда около 6.00 он вышел из бункера, чтобы встать на пост у Горбатого моста, то увидел бронемашины, идущие к Белому дому по Рочдельской улице со стороны улицы 1905 года А. Л. Климовских утверждает, что видел, как с крыши одного из домов в бронемашины полетели бутылки с бензином, после чего была дана первая пулеметная очередь (Запись беседы с Александром Леонидовичем Климовских. СПб. 9 мая 2006 г. // Архив автора).]
Следовательно, Кремль начал штурм Белого дома не только до истечения срока ультиматума, но и до якобы сделанного им в 7.00 через «средства массовой информации» последнего предупреждения.
И после этого они еще могут говорить о гуманности!
«Умывшись, — пишет А. Залесский, — возвращаюсь по коридору в свой кабинет. По пути останавливаюсь у окна лестничной клетки и вижу, как из-за поворота, со стороны набережной, выскакивают бронемашины. На броне гвардейские значки: красная звезда и красное знамя на белом фоне. Наша красная, советская армия идет против нас. Та армия, к которой мы с детства привыкли из книжек и кино как к нашей защитнице. Потом нам рассказали, что только боевая техника была армейской. В машинах сидели и стреляли в нас другие, нанятые за деньги люди. Но когда впервые увидел эту технику, мне