Библиотека

1993. Расстрел «Белого дома» стр. 317

Размер шрифта
-
+
Тема

Грачев дал интервью Д. Холодову, в котором сообщил: „Я посоветовался на мосту с командирами, которые должны были ворваться внутрь. Пора было кончать. Хотя можно было и еще пострелять, чтобы потерь было меньше с нашей стороны. Танкисты сказали, что смогут попасть ниже 4-го этажа. Я долго думал и решился…, были произведены четыре выстрела из танков“. [Холодов Д. Октябрь цвета хаки // Московский комсомолец. 1993. 8 октября (интервью П. С. Грачева).]

И это после принятого решения о капитуляции. Вот вам и гуманность.

„Когда все в Белом доме было уже кончено, — пишет А. Хинштейн, — откуда ни возьмись с криками „Ура!“ прибежали разукрашенные бойцы какого-то милицейского спецподразделения. Не разбираясь, они открыли огонь. В свалке был ранен первый заместитель командира „Вымпела““. [Хинштейн А. 15 лет под боевым „Вымпелом“ // Московский комсомолец. 1996. 20 августа.]

В 15.58 танки „прекратили стрельбу“. В 16.00 „по всей длине лестницы у Белого дома“ выстроились бойцы группы „Альфа“. Едва только они успели занять свои позиции, как на набережной появилась толпа, а к Белому дому устремились „милиционеры со щитами и дубинками“, однако их остановил властный голос из цепи „альфовцев“. Затем из здания вышел Владимир Ильич Колехсаев и „через мегафон“ обратился к толпе: „Через некоторое время сюда подойдут автобусы, из сотрудников „Альфы“ будет

создан коридор, по которому пойдут разоруженные защитники Белого дома и депутаты Верховного Совета РФ. Если кто-то из посторонних лиц подойдет ближе чем на пять метров к сотруднику подразделения или создастся опасность для жизни выходящих из Белого дома людей, я приказал подчиненным применить физическую силу, а если необходимо — оружие“. В течение нескольких минут толпа исчезла. [Зайцев Г.И. „Альфа“ — моя судьба. С. 23.]

„…Пока мы сидели, проверяя список и аплодируя друг другу, — вспоминает Р. С. Мухамадиев, — кругом воцарилась тишина. Ни единого выстрела, ни единого взрыва“. [Мухамадиев Р.С. Крушение. С. 222–223.]

КАПИТУЛЯЦИЯ

Между тем весть о том, что достигнуто соглашение о капитуляции, выпорхнула из зала Совета национальностей и полетела по Белому дому.

„В нашу комнату, — пишет А. Залесский, — заглядывает высокий молодой человек… и возбужденно говорит: „Первый этаж уже взяли… Никто не стреляет — можно выходить…“ Не верится, что все так легко и просто закончится. Уж не провокатор ли это? Хотят выманить нас наружу? Преодолевая страх, возвращаюсь в свой кабинет взять какие-то вещи. В коридорах никого, дырки от пуль в окнах, выходящих на улицу. Битое стекло хрустит под ногами. В туалете кто-то сжигает документы… На улице, прямо против окна, стоит БТР Но не стреляет. Затишье“ [Залесский А. Конец Дома Советов (воспоминания очевидца) // Наш современник. 2003. №.9. С.218.].

„Появляются санитары „скорой помощи“ и уносят раненых, — вспоминает А. Залесский далее. — Один с легким ранением ноги упорно отказывается уходить: „Я останусь здесь до конца, у меня автомат есть!“ Но, кажется, его все-таки уговорили уехать. Один из наших врачей тоже уезжает со „скорой помощью“. Владимир Георгиевич остается: он собирается идти по этажам искать раненых, которым еще не оказана помощь. „Ну, долгие проводы — лишние слезы“, — говорит он. Коллеги обнимаются. Хочу заставить себя остаться с Владимиром Георгиевичем, но не хватает мужества. Впереди долгая ночь. В темных коридорах, вероятнее всего, будут добивать тех, кто остался. Я медлю, скрываюсь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.