1993. Расстрел «Белого дома» стр. 356
характеризовались развитием организованной преступности. Ее масштабы еще более возросли после переворота 1993 г.
«Весной 1993 года, — писал Пол Хлебников, — президент России Борис Ельцин заявил в своем выступлении, что две трети всех коммерческих структур России связаны с организованной преступностью… Еще через год… МВД дало следующие конкретные цифры: 40 процентов всего частного бизнеса, 60 процентов всех государственных компаний и до 85 процентов всех банков имеют связи с организованной преступностью». [Хлебников П. Крестный отец Кремля Борис Березовский и история разграбления России. С 33.]
«По оценкам Главного управления ПО ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ [Обратите внимание: Управлением по организованной преступности!!! а не Управлением по борьбе с организованной преступностью. Назвали бы лучше Управлением организованной преступностью.].МВД России на начало 1995 г., организованными преступными формированиями контролировались 41 тыс. хозяйственных субъектов… в том числе 1,5 тыс. государственных предприятий, 4 тыс. акционерных обществ, свыше 500 совместных обществ, 550 банков, почти 700 рынков». [Основы борьбы с организованной преступностью / под ред. В.С. Овчарского, В. Е. Эминова и П. П. Яблокова. М, 1996. С. 185–186]
По данным МВД, к 1997 г. объем «теневой экономики» превысил 40 процентов «всего народного достояния России», а 55 процентов приватизированной государственной собственности и почти 80 процентов контрольных пакетов акций перешли «в руки криминалитета и иностранного капитала». [Сироткин В.Г. Кто обворовал Россию? С. 209]
Кроме криминального капитала, был еще один источник, о котором упоминает в своих мемуарах Б. Н. Ельцин. «Говорят, что наша собственность была при продаже недооценена, — пишет он. — Мол, продали ее за бесценок». «Создали искусственные барьеры, чтобы не пустить на аукционы западный капитал, — пишет Б. Н. Ельцин. — Да, абсолютно правильно… Если бы эти компании… находились в Западной Европе или в Америке, ОНИ СТОИЛИ НА ПОРЯДОК ИЛИ ДАЖЕ НА ПОРЯДКИ ДОРОЖЕ…Но даже и тех денег (относительно небольших), которые были заплачены за приватизированные предприятия, в России тоже не было. Откуда же деньги взялись? ЭТО БЫЛИ КРЕДИТЫ, КОТОРЫЕ СМОГЛИ ЗАНЯТЬ РОССИЙСКИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ НА ЗАПАДНОМ ФИНАНСОВОМ РЫНКЕ». [Ельцин Б.Н.
Президентский марафон. С. 103.]
Кто поверит, что на западном финансовом рынке «новым русским» предоставляли миллионные кредиты под честное слово? А ведь других гарантий у них не было. Из этого вытекает только один вывод: во всех тех случаях, когда приватизация осуществлялась на взятые на Западе кредиты, российские предприниматели выступали лишь в качестве доверенных или же, проще говоря, подставных лиц. Это значит, что многие приватизированные предприятия сразу же прямо или опосредованно перешли в руки иностранцев.
Возьмем бывшего научного работника Бориса Абрамовича Березовского, вряд ли получавшего до 1985 г. более 500 рублей в месяц. И вдруг — один из богатейших людей в мире. На чем же он сделал свои миллиарды? Открываем «Российскую еврейскую энциклопедию» и читаем: Б. А. Березовский — «главный официальный дилер крупнейших автокомпаний мира („Вольво“, „Дженерал моторз“, „Хонда“) в России». [Российская еврейская энциклопедия. Т. 1. М, 1994. С. 116.]
Заслуживает внимания и другой источник приватизации. Дело в том, что перестройка в экономике началась с ликвидации монополии внешней торговли и создания смешанных обществ. Таким образом, уже в 1986–1987 гг. начинается перевод советских денег (в том числе, а может быть прежде всего, казенных и партийных) за границу. Там они были конвертированы в доллары, фунты, марки и т. д., что позволило избежать их обесценивания под влиянием «шоковой