2018: Далёкое Отечество стр. 216
последнего сеанса связи… И пройдёт ещё лет пятьдесят, прежде чем ионосфера придёт в норму и вновь сделает возможной дальнюю связь.
Что стало и станет с Торнатом, доведёт ли он учёных до южных земель?
Заснеженные горы вокруг последней крепости хранят молчание.
Впервые за тысячи лет непрерывной суеты мир погружён в тишину. Её вкус — горечь. Её цвет — белый. И властвовать этой белой тишине ещё долгие и долгие столетия. Если, конечно, ничего не делать. Энлиль предлагает заложить на северном полюсе сейсмический заряд, расколоть растущую ледяную шапку и восстановить тепловой баланс мирового океана. Но сработает ли это? Или многострадальная планета этого уже не переживёт? Да и как доставить тяжёлый заряд через половину континента? Обычным людям это будет явно не под силу, хранители ещё слишком юны, а работоспособной техники почти не осталось после Вспышки. Может, лучше сначала принять план Мардука и заняться восстановлением цивилизации?
Эа недовольно побарабанил увенчанными когтями пальцами по гранитному ограждению посадочной площадки, на которую вышел подышать свежим воздухом. Он никогда не видел себя кем-то, обличённым властью и вершащим чужие судьбы. Он — учёный и целитель, это не его дело, его стезя — искать знания и целить. Раньше — тела, теперь — в основном души. Не всем хватает мужества выдерживать тяготы жизни в крепости, многих приходится подбадривать и уверять, что и эта череда испытаний тоже пройдёт…
Кто бы ещё самого-то подбодрил, а?
Словно услышав невысказанную магом просьбу, от выхода на площадку послышался скрип снега под чьими-то ногами — кто-то в этот поздний час тоже решил подняться сюда.
Эа обернулся на звук и увидел одну из хранителей. Куртка распахнута настежь, лицо раскраснелось — от гнева, не от мороза. Погружена в собственные мысли — даже сначала и не увидела мага, но затем спохватилась, остановилась.
— А… Доброй ночи, мастер, — коротко кивнула девушка. — Вы… Извините, если помешала, я сейчас…
— Уверяю, ты мне никоим образом
не помешала, — слегка улыбнулся маг.
Длинные светлые волосы, светло-серые, почти серебристые глаза, чеканный профиль, гордая осанка — Рин, Первая. Самая старшая из хранителей и их нынешний лидер. Хотя эту должность она унаследовала не по праву крови, но лишь по старшинству — из оставленных перед последним боем хранителей она была старше всех.
Что же огорчило девушку? Ну, в принципе, Эа догадывался…
— Переживаешь из-за неё?
— Из-за этой мелкой… — буркнула Рин, немного потоптавшись на месте, а затем тоже подходя к ограждению площадки.
— Да, из-за твоей сестры, — кивнул Эа.
Хранительница вздохнула.
— Конечно, переживаю, мастер. И я не понимаю, почему вы…
…не запретите ей уходить?
Это был непростой вопрос. Очень и очень непростой вопрос. Позволить юной деве отправиться в поход через весь континент, сквозь льды и врагов? Рискнуть здоровьем и жизнью одной из немногих оставшихся хранителей? Знать, что выживших так мало, что с ней нельзя будет послать ни других хранителей, ни шебу, а обычные люди просто не перенесут такой путь?
Но ведь её поход может быть столь важен… Даже важнее, чем попытка повернуть вспять оледенение планеты…
К тому же…
— Рин, мы не можем приказать ей остаться, — вздохнул Эа, смотря на залитые лунным светом заснеженные горы.
— Но почему, мастер?! — не выдержала хранительница. — Вы же создали всех нас!