5-6. Дворы Хаоса. Козыри Судьбы стр. 354
сразу же увидел поднимающуюся с земли лошадь — она, должно быть, упала, подмяв под себя всадника. Лошадь тут же сбежала, потерявшись среди клубов дыма. Женщина лежала не двигаясь, и я поспешил к ней. Опустившись на колени, я смел искры с ее одежды и проверил дыхание и пульс. Пока я все это делал, она открыла глаза.
— Спина… сломана… кажется, — сказала она и закашлялась. — Не чувствую… много… Беги… если можешь… Оставь меня. Я умру… все равно.
— Нет, — сказал я. — Я тебя понесу. Здесь рядом должно быть озеро.
Я отвязал от пояса плащ и расстелил рядом с ней. Потом осторожно, по дюйму стал сдвигать женщину на него, завернул, чтобы защитить от пламени, и потащил в том направлении, которое, как я надеялся, было правильным.
Мы пробрались сквозь перебегающие с места на место лоскуты дыма и пламени. Глотку мою саднило, глаза извергали потоки слез, а штаны поджарило, когда я сильно шатнулся назад, упал на одно колено и почувствовал, как колено вдавилось в грязь. Но я не останавливался.
Наконец я достиг воды, зашел по пояс и, поддерживая женщину на плаву, перевел дух. Наклонившись вперед, я откинул полу плаща, чтобы видеть лицо незнакомки. Глаза ее все еще были открыты, но взгляд был недвижен и устремлен в пустоту. И все же, прежде чем мне удалось нащупать на ее шее пульс, она сипло выдохнула, а после произнесла мое имя:
— Мерлин. — Голос вылетал с хрипом. — Я… прости…
— Ты мне помогла, а я не смог, — сказал я. — Это я должен просить прощения у тебя.
— Прости… не могу… больше… — продолжала она. — Нет смысла… с лошадьми. Они… за тобой гонятся.
— Кто?
— Хоть собак… отозвали. Но… огонь… это… кто-то… еще. Не знаю… кто.
— О чем ты говоришь? Я не понимаю.
Я плеснул ей на щеки немного воды, чтобы остудить жар. Под копотью и обожженными, спутавшимися волосами трудно было что-то сказать о ее лице.
— Кто-то… позади… тебя, — сказала она, голос ее слабел. — Кто-то… впереди. Не… знаю… о… них… Прости.
— Кто? — спросил я опять. — И кто ты сама? Откуда ты меня знаешь? Почему?..
Она слабо улыбнулась.
— …Спать с тобой. Теперь не могу. Ухожу…
Глаза ее закрылись.
— Нет! — крикнул я.
Лицо ее исказилось, когда она набрала воздуха для ответа. Затем выдохнула его вместе с шепотом:
— Просто… дай мне… здесь утонуть. Прощай…
Струйка дыма пролетела мимо ее лица. Я задержал дыхание и зажмурил глаза, когда за этой потянулась струя побольше, и нас накрыл дымовой вал.
Когда воздух наконец вновь расчистился, я внимательно ее осмотрел. Дыхания не было, пульса — тоже, сердце не билось. И не было рядом невыжженного, незатопленного участка, годного хотя бы для того, чтобы попробовать оказать ей первую помощь. Она умерла. Она знала, что умирает.
Я осторожно завернул ее в плащ, который стал теперь саваном. В последнюю очередь я накинул ей полу на лицо. Скрепил все пряжкой, которой обычно застегивал ворот. Затем пошел на глубокое место. «Просто дай мне здесь утонуть». Иногда мертвые тонут сразу, иногда плывут по течению…
— Прощай, леди, — сказал я. — Хотел бы я знать твое имя. Еще раз спасибо.
И отпустил. Вода забурлила, пошла кругами. Она исчезла. Какое-то время я смотрел на пустынную