50 и Один Шаг Ближе стр. 134
только из-за тех случаев? – Сглотнув, я упёрто двигаюсь на неровную почву.
– Нет. Это всего лишь последствия, – говорит он, и его лицо приобретает жестокость и ненависть.
– Последствия чего, Ник? – Шепчу и поворачиваюсь в его руках, оказываясь сидящей боком к нему.
– Последствия моей жизни, – холодно произносит и бросает на меня предостерегающий взгляд.
– Ты расскажешь мне? – Я глажу его по волосам и прижимаюсь к его шее носом, оставляя поцелуй на коже.
– Мишель, – тихо вздыхает он и, обнимая меня, кладёт голову на мою макушку.
– Я здесь. С тобой, Ник. И хочу знать, что или кто привёл тебя в этот мир.
– Каждый поцелуй равен для меня удару и боли, которую я перенёс в детстве. Кожа на губах хоть и чувствительная, но быстро заживающая и прочная.
– Тебя били по ним?
– Да. За каждое слово и поцелуй матери, за каждое неправильное действие и мысль, за неверный ответ. Огонь может отбить охоту открывать их и разговаривать, а боль приносит только грязь, ломает тебя изнутри. Я не терплю, когда к ним прикасаются.
– Боже, – выдыхаю от ужаса, и по щеке скатывается слеза.
– Кто это делал? – Хлюпнув носом, спрашиваю я.
– Отец.
Это слово, единственное слово даётся ему с большим трудом, что я крепко хватаюсь за его шею и сдерживаю горячий поток слёз. Не могу представить, что так можно поступать с человеком, наслаждаясь его страданиями и последствиями.
– Сколько тебе было?
– Первый раз шесть, а потом уже не считал.
Ещё совершенно кроха, над которым проводили экзекуции. И ведь этот человек сейчас живёт и радуется, а Ник ему помогает во всём. Но никогда не забывает этого, родная кровь извратила душу малыша и превратила в садиста.
– Пора выходить. Вода остыла, – резко произносит Ник и отцепляет от себя мои руки, пересаживая с себя в джакузи.
Смотрю на этого красивого мужчину, как по его телу скатывается вода, на его сильные мышцы и внутри меня всё сжимается, зная то, что пережил, и я боюсь узнать ещё. Он словно айсберг, непредсказуемая опасность таится под водой. Ник вылезает из джакузи и обматывает вокруг бёдер полотенце, затем поворачивается ко мне с непроницаемым выражением лица.
– Поднимайся, – сухо говорит он и протягивает руку.
Опираюсь о бортики и пытаюсь встать на ноги, резкая боль проносится внизу живота, и я выдыхаю от этого.
– Мишель, – его голос становится нежнее, и он помогает мне перелезть через джакузи. Каждое движение приносит дрожь тела, но не от наслаждения, а от рези внутри меня.
Ник заботливо оборачивает меня полотенцем и поднимает на руки. Без слов он движется к спальне и отбрасывает одеяло, укладывая меня на подушку.
– Не уходи, – прошу, хватая его за руку.
Он улыбается уголком губ и кивает. Я отодвигаюсь, освобождая место, и он ложится рядом, сбрасывая с себя полотенце. Мой взгляд выхватывает полуэрегированный член, но уже видение исчезает, Ник ложится рядом и притягивает меня к себе.
– Тебе не мешает свет? – Спрашивает он.
– Нет, – тихо отвечая, устраиваюсь на его груди, кладу ладонь на его сердце, глухо и быстро бьющееся под ней.
– Засыпай, – он целует меня в волосы, и его ладонь накрывает мою, он немного сжимает её и тут же расслабляет.
– Завтра всё изменится?
– Не гадай, Мишель. Завтра будет завтра. Уже всё изменилось, а сегодня… я хочу заснуть рядом с тобой, – говорит Ник.
Глубоко вздыхаю, и во мне больше не остаётся сил, чтобы мыслить о том, что узнала за этот вечер. Единственное, что я чётко осознаю: он мой максимум.
Двадцать девятый шаг
– Мишель! – Слышу позади оклик Ника и оборачиваюсь. Он с укором смотрит на моё веселье, но я шаловливо показываю ему язык и подхватываю своё чёрное платье, снова убегая по мягкой зелёной траве.– Если поймаешь, то я твоя, – кричу напоследок прежде, чем рвануть ещё быстрее к белоснежному дому.Я чувствую, что он вот-вот схватит меня, от этого ощущения азарт в крови бурлит с новой силой. Взбегаю по трём ступенькам и распахиваю дверь в убежище, закрывая её прямо перед носом Ника. Ещё смеясь, делаю шаги назад