50 и Один Шаг Ближе стр. 148
Телефон снова звонит, и я отвечаю.
– Да.
– Мишель, как ты? Майкл сказал, что ты забыла в машине свою шубу, он занёс тебе её. Твоя домработница сообщила – тебе плохо.
– Нормально, – выдавливаю из себя, и новый рвотный позыв заставляет передвинуться ближе к «белому негодяю».
– Ты приняла…
– Ник, прости, я сейчас…
Перебиваю его и не успеваю договорить, как меня начинает тошнить, что я отбрасываю телефон и крепче держусь за ободок унитаза. Кажется, что весь мой желудок остаётся в канализации. Горло саднит, и я стону, ложась на руку. Даже в самые алкогольные запои так не чувствовала себя. Вообще, мало болею, а тут столько всего и разом. Отвратительно. Неожиданно вспоминаю, что говорила с Ником, и он, скорее всего, всё слышал.
Господи, ты издеваешься надо мной? В какую ещё ты идиотскую и унизительную ситуацию поставишь меня перед ним?
Перевожу затуманенный взгляд на экран, где звонок сброшен. Надеюсь, что это я так спасла себя подсознательно. Прислушиваюсь к организму, и новый залп выжимает из меня все соки. Да сколько можно?
Поднимаюсь на дрожащих ногах и плетусь к раковине. Вся водолазка испачкана. Стаскиваю её через голову и бросаю в корзину для белья. В тот момент я даже не задумываюсь о засосе, только о желании умыться и смыть с себя это зловоние. Холодная вода немного облегчает, незаметно откуда появившуюся, головную боль, и я с приоткрытыми глазами, сгорбившись, выхожу из ванной и иду к себе. Найдя в шкафу рубашку, я застёгиваю её на все пуговицы и снова ложусь на постель в ботинках. Плевать, мне в жизни так не было плохо. К черту такие уколы! Вообще, всех гинекологов к черту! Садисты проклятые.
От бессилия прикрываю глаза. Усталость накатывает, но каждый раз, как подступает новый толчок, вздрагиваю и просыпаюсь. Необходимо принять обезболивающее. Но только я представлю, как долго идти до кухни, то решаю просто лежать, надеясь, что Лидия придёт ко мне, и тогда попрошу.
Слышу, как открывается дверь, и благодарю Всевышнего за такую расторопность, и года не прошло.
– Лидия, принеси мне… что у нас есть от боли, – тихо произношу я, издав всхлип.
– Ты издеваешься, Мишель? Ты что, ничего не выпила до сих пор?! – Мой головной мозг разрывает от злого голоса. Поворачиваю голову и вижу Ника.
– Что ты тут… – не успеваю договорить, как он резко разворачивается и вылетает из спальни, не закрывая двери.
Ну да, превосходно, он сбежал, увидев, в каком я непотребном виде. Злобный тарантул! Хочется плакать, но слёз нет, и я только хнычу, как маленькая.
Громкие шаги и на меня падает тень Ника, он ставит на стол бокал воды и, применяя силу, сажает меня. Выдыхаю от боли и жмурюсь.
– Открывай рот, – требует он.
– Ты что решил пихать в меня свой…
Он не даёт мне договорить, сам раскрывает мой рот и вкладывает на язык таблетки.
– Пей, извращенка, – приказывает он и подносит к моим губам бокал. Беру его дрожащими руками и залпом выпиваю. Боже, как хорошо.
– Чёрт, крошка, ты с ума сошла? Почему сразу этого не сделала? – Ник забирает бокал и садится ко мне на постель.
– Хотела лечь, да и сейчас хочу, – шепчу, опуская голову вниз на согнутые колени.
– Услышав, как тебя тошнило, позвонил Пирсу. Он сказал, что это болевой шок для организма и тебе необходимы обезболивающие и сон. Да ты меня до смерти напугала, Мишель, – ругается Ник, а я обиженно выпячиваю губу и цокаю от новой порции этого долбанного укола.
– Нет, это мне совершенно не нравится. Можешь начинать орать, но ты будешь делать так, как я говорю. Потому что ты ни черта не следишь за своим здоровьем, – Ник встаёт и начинает надевать на меня, как на безвольную куклу, пальто.
– Что ты делаешь? – Сонно спрашиваю я, когда он подхватывает меня на руки и идёт к выходу из спальни.
– Забираю к себе, – отвечает он.
– Плевать. Мне хорошо, – чувствую, как таблетки начинают действовать. Кладу голову на его плечо