50 и Один Шаг Ближе стр. 152
тебя украл, – самодовольно отвечает Ник.
– А я могу к тебе прикасаться? – Неожиданно для него и самой себя спрашиваю я.
– Можешь, – подавляет он смешок.
– В любое время? – Уточняя, доедаю суп.
– Крошка, осторожнее, – Ник растягивает губы в сексуальной улыбке, и я отвожу взгляд, потому что до идиотизма хочется прямо сейчас встать и что-нибудь сделать с ним.
– Насколько мне надо быть осторожнее? – Всё же мои желания подавляют всё остальное, откладываю ложку и поднимаю голову на него.
– Сегодня крайне осторожно, а вот завтра можешь быть развратной.
– А я развратная?
– Очень. Я уверен, что в тебе скрыт такой огонь, о котором многие только и мечтают. Только не обожги меня, крошка, – смеётся Ник. А я довольно улыбаюсь, что мне дали такую характеристику. Да, это приятно, когда такие
слова звучат от мужчины, который тебе нравится, и которого ты хочешь.
– А теперь, если ты поела, то я покажу тебе квартиру, – предлагает он и встаёт.
– Надо помыть тарелку, – я беру в руки посуду, но Ник подходит ко мне и выхватывает её, качая головой.
– Для этого есть специально нанятые люди. Моя женщина не будет мыть тарелки, – безапелляционно заявляет он, а я сжимаю губы, чтобы не расхохотаться.
Что в этом такого? Не развалюсь же я. Но я решаю промолчать и просто кивнуть. Ник уходит на кухню, пока я встаю, Шторм приподнимает голову и тут же обратно ложится спать.
– Пошли, – Ник подходит ко мне и берёт за руку.
Мы проходим по коридору направо, он хлопает в ладоши и над нами загорается свет, открывая нам путь по кругу.
– Спортзал ты уже видела, – он указывает на закрытые двойные двери, и я киваю.
– А часто ты тренируешься? – Интересуюсь я.
– Да, в день по два раза минимум. Это держит тело в тонусе, а он мне необходим. А ты? – Спрашивает он, пока мы подходим к другой двери.
– Не систематически хожу в спортзал, – кривлюсь я.
– Надо систематически, но твой животик мне очень нравится, – Ник становится позади меня и обнимает меня одной рукой за талию и нажимает на ручку.
– У меня нет животика, – бурчу, замечая смешинки в карих глазах. Качаю головой на эту игривость, но и она мне нравится.
Перед нами открывается дверь, и мы входим. Автоматический свет на движение тут же реагирует, и я вижу спальню Шторма.
– Мило, – тихо смеюсь я.
– Меня бесит твоё «мило», – шепчет Ник на ухо.
– Это хорошо. Мне нравится тебя бесить, – довольно отвечаю и возвращаю внимание на комнату.
Небольшая, но уютная собачья спальня. От своих мыслей хочется расхохотаться. Какие-то приспособления для тренировки собаки, вроде натянутого каната, даже тренажёра, личная подстилка Шторма, игрушки на полу: кости, уточки и непонятные существа, окно со шторами, зеркало и миски.
– Дальше? – Спрашивает Ник, и я подавляю новый порыв смеха, кашлянув в кулак и кивнув.
Мы идём по коридору, а он так и движется позади меня.
– Значит, нравится меня бесить? – Он обжигает дыханием мою шею, я тут же теряю самообладание и оступаюсь. Чёрт, как туго внутри, что дышать нечем!
– Я тебя держу, всегда держу, – Ник ещё крепче прижимает меня к себе. Чувствую его член сквозь ткань джинс. Боже, как я его хочу и плевать на все запреты.
– Не возбуждайся, крошка. Твоя кожа горит. Как ты вся трепещешь, но не сегодня, я не чудовище, хотя трахнул бы тебя прямо сейчас у стены, – Ник подмигивает мне, а я вспыхиваю, не понимая, как ему удаётся читать мои мысли.
– Это три гостевые комнаты, – бросает он, указывая на двери, мимо которых мы проходим.
– У тебя бывают гости? – Удивляюсь я, прочистив горло. Мой голос даже охрип от возбуждения и его близости.
– Райли, – уточняет он.
– А это для ванильных вечеров, – говорит Ник и открывает передо мной две двери.
Кинотеатр, с множеством подушек на полу и огромным диваном напротив экрана, есть даже аппарат для попкорна и сладкой ваты.
– И часто ты проводишь ванильные вечера? – Я поворачиваюсь к нему.
– Ни одного.
– Понятно.
– Это прихоть