50 и Один Шаг Ближе стр. 57
уже ночь.
Женщина входит в комнату, я рывком сажусь на постели и поворачиваю к себе часы.
20:13. Мигают цифры, и моё сердце начинает стучать чаще.– Ужин готов, я дала тебе возможность отдохнуть, но всё же поесть следует, – ласково произносит Лидия. Перевожу на неё стеклянный взгляд.
– Я… – он ждёт меня. Ждёт ли?
– Да, спасибо, спущусь, только приведу себя в порядок.
– Хорошо, – кивает она и исчезает за дверью.
Падаю обратно на постель, смотря в потолок. Я уже не уверена в своём решении, но иначе не позволяю себе поступить. Если не приду, то я уверена, что Ник сам больше не сделает ко мне шагов и от осознания этого становится неприятно внутри. Не могу объяснить даже себе, что это за чувства, но мне некомфортно.
Спускаюсь вниз и слышу голоса родителей, они в столовой. Захожу туда и сажусь на своё место, они, заметив меня, замолкают.
– Мишель, рада лицезреть тебя дома, – улыбается мне мама.
– Привет, – я наигранно весело беру в руки приборы. Лидия ставит передо мной ужин и стакан с соком.
– Как вчера погуляли с Сарой? – Интересуется отец.
– Хорошо, спасибо, что не ругаешься, – в этот момент нос начинает пощипывать настолько, что глаза мутнеют.
Я лгу, лгу так просто, что мне самой противно от себя. А ради чего? Кого? Ника? Или же ради спасения собственной жизни?
– Сессиль, оставь нас, – командует папа, мама бросает на него усталый взгляд, говорящий не быть со мной строгим, и удаляется.
Вожу вилкой по тарелке, меня не волнует даже то, что сейчас будет. Украдкой смотрю на часы, позади папы.
20:35.Начинаю дрожать, пока внутри, это ещё не видно снаружи. Боюсь, что Ник может приехать ко мне и устроить сцену, и тогда возненавижу его ещё сильнее, чем сейчас. Но ненавижу ли я его? Я не знаю ничего о чувствах, а точнее, не знала. Никогда не испытывала лёгкость, никогда не получала адреналина от общения с кем-либо, никогда моё дыхание не останавливалось, а сердце… моё непонятное сердце, обычный комок мышц, не стучало в несколько раз быстрее, чем обычно. Хотя я знаю, что такое адреналин от страха. А вот иного никогда не видела.
Что со мной?
Хочется плакать, просто пореветь, как в глупых фильмах, и всё станет отлично. Но я лишь сижу в элегантной столовой и кручу в руках вилку, невидящим взглядом смотря на стейк с овощами.
– …вот так и получилось, – улавливаю обрывок папиной фразы и, моргая, поворачиваю на него голову.
Только сейчас замечаю, что уголки его губ опущены вниз, в руках бокал виски, а на лбу глубокая складка. Его глаза печальны, а я даже не слышала, о чём отец говорил.
– Прости, папа, – тихо произношу, и он улыбается, хотя даже не понимает, за что извиняюсь.
– Ох, Мишель, я люблю тебя, принцесса моя. И хочу для тебя только лучшего, – тяжело вздыхает он.
– Я тебя тоже, – отвечаю искренне и откладываю вилку. Горло иссушено, его режут, и не могу сглотнуть, поэтому беру сок и запиваю горький привкус реальности.
– Ладно, приятно аппетита, я отправляюсь спать. Завтра новый день и уже не знаю, что он мне преподнесёт. Доброй ночи, – отец залпом допивает виски и ставит бокал на стол.
– Доброй, папочка, – ласково отвечаю, и он дарит мне ещё одну улыбку, перед тем как оставить одну.
21:03.Всё ещё сижу в столовой с остывшим ужином и смотрю на секундную стрелку на часах. Она так медленно ползёт, что мне кажется, можно сойти с ума. А что делает сейчас Ник?
Не могу. Не должна, чёрт побери! Не хочу привязываться к нему!
Зло встаю и выхожу в холл, чтобы достать телефон из пальто. Сжимая в руках аппарат, вижу, что он мигает. Пропущенные… да, я все пропускаю, потому что страшно за себя. Мне не нужны эмоции, это лишнее, это мешает в этом мире.
Иду в гостиную и сажусь на диван, подтягивая ноги к груди. Моё сердце не успокаивается ни на секунду, оно в отчаянии, оно не знает, как реагировать на такой стресс.