50 и Один Шаг Ближе стр. 67
в каждой вещи этой комнаты самого хозяина.
До моих ушей доносится странный шум, я мотаю головой от своих мыслей и быстро шагаю к входу, останавливаясь недалеко от дивана, там, где меня оставила эта грубиянка. Глупый интерес к интерьеру исчезает мгновенно, и на смену приходит напряжение. Я смотрю в темноту, ожидая крика, грубого выставления за дверь, и сама готова ругаться, но то, что предстаёт передо мной, приводит в онемение, что кончики пальцев на ногах начинает покалывать.
На меня медленно, величественно и недружелюбно двигается огромная собака чёрного цвета, я замираю от страха на месте. Если не ошибаюсь, то это немецкий дог. Боже, я боюсь этих существ, они ведь животные и неимоверно опасны. Не хочу умирать сегодня.
– Мамочки, – пищу, делая шаг назад, из-за моего движения собака оскаливается и издаёт громкий лай.
Готовлюсь к тому, что она кинется на меня, вцепится в горло, и мысленно ищу варианты спасения, но ни она, ни я не двигаемся. Про себя судорожно вспоминаю все возможные молитвы, путая слова, но вариантов у меня нет, только надежда на чудо. По моей спине скатывается холодный пот, пока я с распахнутыми от страха глазами смотрю на собаку.
Раздаётся шум, громкие разговоры, но моё внимание приковано к этому чёрному чудовищу. Через несколько секунд входит, а точнее, влетает Ник, быстро оценивая ситуацию.
– Шторм, сидеть, – приказывает он собаке твёрдым голосом, и та тут же подчиняется, но не сводит с меня своих чёрных глаз.
– Он сейчас съест меня, – выдавливаю из себя. – Я…я всё поняла… мне здесь не рады… я ухожу, только подержи его… пожалуйста.
Я делаю одно резкое движение назад, почему-то потеряв все ориентиры, где выход, и упираюсь в боковину дивана. Не устояв на дрожащих ногах, лечу назад с громким криком и прощаюсь с белым светом, зажмуривая глаза.
Слышу своё быстрое дыхание, как и сердце, голова шумит, а тело окоченело от происшедшего.
– Шторм, место, – сквозь все свои жизненные процессы, доносится голос Ника, и понимаю, что я жива, всё хорошо, а под моей спиной мягкая обивка. Распахиваю глаза и привыкаю к неяркому освещению.
– Мишель, – надо мной появляется нахмуренное лицо Ника, но уже через пару секунд он едва сдерживает смех, потому что я лежу, как кукла на диване, раскинув руки и ноги, глупо моргая.
Только сейчас мой мозг просыпается, и замечаю, что Ник обнажён до пояса, а его руки перебинтованы белыми повязками. Его упругая кожа блестит, и я сглатываю вязкую слюну, беззастенчиво поглощая красоту его тела.
Да он, чёрт возьми, глянцевый! Мечта всех обложек про фитнес и спорткомплексов. Накаченный пресс с чёткими кубиками, бугры мышц, приводят меня внутри в восторг, как человека, стремящегося к идеальному телу. Да, и только поэтому.
– Всё нормально? – Тихо спрашивает он. Его настроение меняется, как и тембр голоса, пока я не свожу с него глаз, как с произведения искусства, и он подаёт мне руку. Я, всё ещё смотрю на его грудь с едва заметными тёмными волосами и шоколадными сосками, вкладываю свою ладонь в его, и он рывком поднимает меня на ноги, тут же отстраняясь, складывая руки на груди и изгибая вопросительно бровь.
«Чёртов десерт! Да почему же ты такой сладкий-то, что мне срочно необходим стакан воды?!»Теперь чувствую себя как полная неуклюжая идиотка против этого большого и шикарного мужчины в одних тренировочных серых штанах, довольно низко сидящих на бёдрах, что кромка белых боксёров отчётливо виднеется. Закрываю глаза на долю секунды, чтобы сбросить с себя это ненужное наваждение, и открываю их, поднимая голову и концентрируясь на лице Ника.
– Это… – указываю пальцем в собаку, всё так же сидящую и наблюдающую за мной. В моей голове проносится сравнение собаки и хозяина, они похожи. Оба таящие в себе немыслимую силу и опасность. Неконтролируемые существа.
– Это Шторм, – поправляет Ник меня недовольный тем, что я чудовище назвала «это».
– Ну да, Шторм. Он не цапнет меня,