50 и Один Шаг Ближе стр. 81
устало кладу голову на подголовник.
Разочарована в реальности – вот идеальное описание моего состояния. Да, мне Ник нравился как мужчина, но я не была в него влюблена, чтобы так легко принять сопутствующие опции, что он имеет. Сейчас не знаю, что чувствовать. Столько всего произошло, я так много узнала, в том числе, что мой парень лживый урод. Скольким он ещё рассказал эти сказки? Чувствую себя испачканной, и хочется сорвать с себя всю одежду и оттереть тело от взглядов Ника, его губ и рук. Но понимаю, что в отличие от Люка он и, правда, был со мной честен.
Для меня эта жизнь, которую он описал, просто неприемлема. И дело не в том, что я осуждаю тех, кто следует этому трактату. Это их выбор, но сейчас он коснулся меня, и весь этот хаос принёс в мои размеренные будни Ник. Он пытается вернуть меня обратно, к той черте, которую я обхожу стороной. Чёрт, да, я осуждаю их! Они ломают ценности, которым должны следовать!
Не могу его ненавидеть, но ничего не могу поделать с отвращением. Меня передёргивает, когда представляю, как он наслаждается, издеваясь над девушками. А последние, в свою очередь, больные на голову идиотки, раз позволяют такое к себе отношение.
– Мисс Пейн, мы на месте, – от нового мысленного взрыва в голове меня отвлекает Майкл, и я поворачиваюсь к нему.
– Спасибо, – тихо говорю, и первый раз на его лице появляется подобие улыбки.
– А как вы доедете? – Продолжаю я.
– Не волнуйтесь, я возьму такси, – он достаёт ключ и вкладывает его в мои руки, выпрыгивая из машины и открывая мне дверь.
– Всего доброго, – прощаюсь и блокирую автомобиль.
– До встречи, мисс Пейн, будьте осторожны, – отвечает он, и я хочу возразить на это, но замолкаю, потому что мужчина уже удаляется от меня.
Девятнадцатый шаг
Я прорывалась сквозь студентов, сильно сжимая губы, чтобы не разорваться от внутреннего разряда немедля в коридорах университета. Впереди уже виднеются двери в спортзал, где у ребят проходит «сухая» тренировка перед матчем. Рывком распахнув дверь, вхожу в уже неприятно пахнущее пространство, где парни отжимаются, некоторые болтают, стоя в углу. Там же я нахожу Люка, смеющегося над шуткой Джейсона. Первым меня, полную гнева, замечает как раз последний и пихает в плечо Люка, показывая головой на меня. Парень тут же поворачивается и расплывается в довольной улыбке, бросая что-то ребятам.
Сжимаю кулаки, пока он подходит ко мне и как только равняется со мной, хватаю его за мокрую майку и тащу из спортзала.
– Миша?
– Заткнись, – шиплю я и толкаю его к стене.
– Что случилось? – Недоумевает он, хлопая светлыми ресницами.
– Что случилось? – Передразниваю его. – А вот что. Какого черта ты, косолапый извращенец, рассказываешь всяким уродам о несуществующих актах полового насилия с наручниками и разработанными глотками? Совсем обалдел?
– Я…я…откуда ты…, – мямлит он.
– Неважно откуда я узнала, – с отвращением указываю на него пальцем. – Так вот, Лукас, прежде чем распыляться, подумай, что это за собой повлечёт. Я не обычная девка, если до моего отца дойдут твои слова, то я выложу всю правду о тебе, и пеняй на себя. А если ты хоть раз подойдёшь ко мне, я твои яйца засуну в твою же глотку для правдоподобности сексуального воздействия. И думаю, ты понял, что между нами всё кончено! Баран тупой!
Резко разворачиваюсь и, всё ещё пребывая в состоянии горячего вулкана, несусь на обед с подругой. Люк даже не делает попытки меня догнать и объясниться, что точно подтверждает правдивые слова Ника. Грязно. Все вокруг меня до мозга и костей извращены деньгами. Отвратительно.
– Миша, – мне улыбается подруга, сидя за небольшим столиком в нашей университетской столовой.
Молча, плюхаюсь на стул и бросаю сумку на пол, начав стучать ногтями по столу.
– Эм, я взяла тебе обед, – Сара пододвигает мне поднос, и я сухо киваю.
– Рассказывай, – вздыхает она и берёт в руки бутылочку минералки, делая глоток.
– Этот придурок