Библиотека

50 музыкальных шедевров. Популярная история классической музыки стр. 68

Размер шрифта
-
+
Тема

1715606148_6642128437b4e.webp

Каприс № 24 написан в ля миноре и представляет собой этюд в форме темы и одиннадцати вариаций с кодой-заключением.

Великий Никколо Паганини — одно из чудес этого мира, артист, еще при жизни ставший мифом. На фоне своей эпохи то, что он сделал в технике и выразительности скрипичной игры, выглядит как невероятный и ничем не объяснимый прорыв. Даже сегодня, спустя двести лет никто не превзошел ту фантастически высокую отметку, которую он установил своим искусством.

Речь идет не только о невероятной виртуозности, но и о сильнейшем эмоциональном эффекте, который он производил своей игрой.

В ней была такая сильная, захватывающая, почти демоническая энергия, столько свободы, страсти, красоты, пикантности, юмора и дерзкой провокации, что для многих людей его концерты остались сильнейшим впечатлением всей жизни.

В жизни некоторых музыкантов это был момент, после которого они пересматривали принципиальные основы своего искусства и начинали новый этап карьеры. К примеру, юный Ференц Лист, услышавший Паганини в Париже, с этого момента осознал огромные выразительные возможности виртуозности и упорными занятиями буквально сделал из себя «Паганини фортепиано». Примерно такое же ошеломляющее впечатление концерт Паганини произвел на Роберта Шумана, «след» великого скрипача лежит на всем его творчестве. Иногда, правда, бывало и иначе. Известный немецкий скрипач Фердинанд Давид, услышав игру Паганини, в отчаянии решил вообще сменить профессию (потом, правда, он передумал).

Как и все музыканты того времени, Паганини был исполнителем и композитором в одном лице. Он играл то, что сам писал для себя, и эта музыка сделана точно по его исполнительскому «размеру». И хотя потрясающее людей звучание скрипки Паганини отошли в область преданий, по его сочинениям мы можем представить себе уровень его виртуозности.

В точки зрения художественной ценности музыка Паганини не равна по масштабу его «сверхъестественному», как говорил Ференц Лист, исполнительскому искусству. Хотя некоторые, например, Шуман, считали иначе. Как композитор Паганини неотделим от Паганини-исполнителя. Он сочинял только то, что исполнял сам. Поэтому ни симфоний, ни опер, ни ораторий он не писал за отсутствием практической необходимости. В основном в его наследии небольшие сочинения для скрипки или гитары (он был еще и отличным гитаристом) или концерты для скрипки с оркестром.

В этом списке 24 каприса занимают совершенно исключительное место. Именно они создали Паганини «демоническую» славу и добавили в его репутацию оттенок сверхъестественного. Их исполнение (обычно не всех, а некоторых) в концертах всегда было подобно моменту, который в цирковых представлениях отмечаются барабанной дробью. Это настоящая скрипичная эквилибристика с высокой степенью риска: в каприсах скрипка звучит без «страховки», то есть без всякого аккомпанемента, за которым можно было бы спрятать случайные промахи. Это создает дополнительную сложность: здесь каждая ошибка видна как на ладони. После смерти Паганини, во второй половине XIX века такой риск считался чрезмерным, и к каприсам присочинялись разнообразные аккомпанементы.

К тому же эти каприсы представляли собой не заранее записанный и заученный текст, а импровизацию на глазах у «изумленной публики». Фейерверк спонтанной беспредельной творческой изобретательности и фантазии Паганини действовал оглушительно и неотразимо. Еще при жизни великого скрипача эти каприсы стали легендой.

Паганини записал каприсы нотами далеко не сразу, а только тогда, когда издательство Рикорди попросило его предоставить их текст для публикации. Это произошло в 1817 году. Паганини

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.