А я тебя да стр. 3
незамедлительного подчинения команду. Как раз в тот момент, когда мой сталкер выступил в коридор из тени.
— Я разберусь. С девушкой, — заявил он тихим голосом, окутывающим бархатом на низах.
— Да вы что, Семен Валерьевич, это же ерунда… Это ж…
Было даже интересно наблюдать, как перед ним едва ли не на пузе ползают те, кто еще секунду назад, упиваясь властью, в открытую надо мной издевались.
— Где мы можем расположиться?
— Да где угодно, но зачем оно вам…
Тот, кого назвали Семеном Валерьевичем, нетерпеливо дернул плечом. И одного этого жеста хватило, чтобы лебезящий мужик заткнулся, вскочил, схватил какие-то ключи и буквально бегом выбежал из дежурки. Я проводила его спину удивленным, немного растерянным взглядом и снова уставилась на вызвавшегося мне помочь мужчину.
— Пройдемте.
Я заставила себя благодарно улыбнуться, а вот на шаг к двери решилась не сразу. Уж слишком плотной была аура власти, окружающая этого мужика. Подгоняя меня, он вздернул темную бровь. Я, наконец, отмерла и тихонько прошмыгнула в открытую дверь. Так близко мимо него, что нос защекотал свежий аромат его настиранной и отутюженной до скрипа рубашки. В мире искусственно синтезированных ароматов это было как воспоминания из детства. Лето. Бабушкин дом, пуховая перина на панцирной сетке. Прохладные простыни на разгоряченной поцелованной солнцем коже. Ощущение защищенности и безопасности.
— Может быть, чаю?
После издевательского приема в дежурке предложение Семена Валерьевича я восприняла с большой благодарностью. И на чай согласилась, хотя, если честно, волнение было таким, что вряд ли бы что полезло мне в горло.
Чай полагалось приготовить тому самому дежурному, что открыл нам дверь в обшарпанный тесный кабинетик. Он, кажется, ошалел от того, что ему предстоит выступить в роли официанта, но возражений на этот счет не последовало. Наверное, все же уже тогда Семен мог продавить взглядом кого угодно…
— Начнем? Основные моменты я понял. Но в заявлении все надо изложить подробнейшим образом.
— Хорошо, — покладисто кивнула я.
— Значит, вы учитесь на первом курсе биофака? Как вас угораздило?
Конечно, это не имело никакого отношения к заявлению, но почему-то тогда я вообще не придала этому значения. И простодушно заметила:
— Я люблю животных. Морских — в большей степени.
— Дайте угадаю. Планируете изучать дельфинов?
— Нет! Акул.
— Акул? — он как будто бы удивился.
— Да!
— Интересный выбор. И чем же они вас так привлекают?
— Наверное, своей беззащитностью.
— Это акулы-то беззащитные?
Он тогда впервые улыбнулся. Хищно сверкнул зубами. Я сглотнула, пораженная в самое сердце, но вряд ли это было осознанно.
— Д-да. Видите ли, их вылавливают просто в промышленных масштабах. В этом смысле дельфины гораздо больше защищены.
Популяция же акул сокращается настолько стремительными темпами, что через пару десятков лет их не останется вовсе, и…
— И?
— Океан заболеет, — что-то во взгляде этого странного мужчины заставило меня смутиться, — может быть, вернемся к моему заявлению? Мне сегодня еще нужно подготовиться к контрольной…
— Конечно. На чем мы закончили? Ах да, гражданин Бутанов осуществил действия… Какие действия, кстати?
Это было самое стыдное. Озвучить. Я краснела, бледнела. Глотала чай, потому что горло немилосердно сохло.
— И в этот момент вы его ударили книжкой и…
— Выбежала, — закончила я едва слышно.
— Вера, вам нечего стыдиться. Совершенно. Вы молодец, что нашли в себе силы противостоять насилию.
— Я