Библиотека

А-Прогрессор стр. 131

Размер шрифта
-
+
Тема

как он привык считать раньше. Да, им недоставало утонченных манер, да и речь у них была простоватая, но в остальном… Некоторые мастеровые, работавшие сейчас под его началом, имели очень острый ум. Именно благодаря сноровке и умению местных строителей, быстро схватывающих все новинки, предлагаемые Никисом, за неполных семь месяцев стены каменной церкви возвышались над землей уже на пять метров.

Все хорошо, живи и радуйся: есть работа, деньги за нее церковь платит хорошие, еда по вкусу. Но Пампирис грустил. Не лежала у него душа к профессии архитектора. Не его это призвание: да, он умеет проектировать, и умеет хорошо. Даже в Винисисе есть

пара домов, построенных по его проектам и под его руководством. Но любит он иное.

Никис всегда считал себя в первую очередь математиком. Ему были интересны новые задачи. И архитектуру как способ заработка он выбрал только потому, что там требовалось множество расчетов, схем… Было куда приложить остроту ума. Эх. Если бы он только занимался проектами, а стройкой управлял кто-то другой! Увы, это было невозможно. Ты спроектировал – ты и строй! Этот принцип прошел через века и был непреложен.

Даже взять вот эту поселковую церковь. Разработка ее проекта, совмещение республиканских методов с образами востока – он был почти счастлив, чертя проект. Столько нового, интересного, непривычного для него: форма часовни, обширное пространство молельного зала, куполообразные пристройки. Все это скомпоновать, подогнать, сделать так, чтобы простояло столетия. Нетривиальная была задача.

А сейчас, сейчас его заела рутина стройки. Многие архитекторы получали удовольствие, наблюдая за тем, как возводится здание по их проекту, Никис был не из таких. Дома, храмы, церкви, гостиницы, крепости – все это обыденность. Он мечтал о деле, которое заставит его выложиться до конца, потребует всех его знаний и опыта. Грезил о проекте, который до него никто не воплощал…

Пампирис спрятал брезгливую гримасу за ободом чаши с водой. Его воротило от одного вида и запаха того, кто только что прошел рядом. Этот огромный бородатый мужик, неделю назад приехавший в Жимар погостить к родне, ему не нравился, пугая звероватым видом. К тому же он не гостил, а все дни напролет напивался до невменяемого состояния в этой корчме. Видимо, деньги у него водились немалые, раз мог себе такое позволить. Хорошо, что этот мужлан, видимо, уже напился и уходил.

Бородач, неловко споткнувшись о порог, покачнулся, но сумел удержать равновесие и не грохнуться своим громадным телом на пол. Что-то пробормотав под нос, он схватился за косяк двери и, помогая себе руками, наконец-то покинул корчму. Порыв ветра вырвал кусочек грязного пергамента из-за его пояса, закружил листок и кинул его в трапезную.

Никис не обратил бы на это никакого внимания, если бы пергаментный огрызок не приземлился прямо ему на сандалию. Осторожно, двумя пальцами, он снял клочок со ступни, намереваясь выбросить в ближайший угол. Но когда Пампирис поднял листок к свету, то резко передумал его выбрасывать.

Пергаментный обрывок был фрагментом какого-то чертежа. Только Никис сколько ни разглядывал, не мог понять, что на нем нарисовано. На грязной и засаленной поверхности кто-то накорябал формулы. Любопытно, что делает явно научный труд в лапах этого вечно пьяного дикаря.

– Брадис, – архитектор окликнул корчмаря.

– Да, господин главный строитель, –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.