А-Прогрессор стр. 148
может услышать в их словах слово Господне. И порочность служителя не может умалять повеления Амиара и благодать даров Единого! Поэтому для всех, кто с верою праведно принимают таинства, совершаемые этими порочными людьми, эти таинства действительны в силу Амиара установлений и обетований.
Еле удерживаю хвост от пляски радости. Да, конечно, это правильные слова! Очень правильные. Мудрые. Я даже понимаю, почему Артариил так обрадованно смотрит в сторону города. Но! Как эти слова со временем больно ударят по церкви! Не сейчас, возможно, пройдет век или два, но отдача от этого будет феноменальной. И не для Света, а для тьмы – не все то золото, что кажется им.
Безусловно, я от речей Тисия потеряю в душах. Но только вначале. Конечно, более понятные проповеди на знакомом языке дадут людям понимание священных текстов. Не только заповеди и основные догматы окажутся осознаны паствой. В чем моя прибыль? О! Она есть и таится в психологии человеческой. Тайна всегда больше привлекает, затягивает, а то, что становится понятным, теряет ее заманчивый блеск. Да и послезнание, куда все, что вещает монах, приведет, у меня есть. Ярчайшим примером перед внутренним взором стоит это знание. Ведь именно реформа, к которой, по моей задумке, приведут проповеди бродячего служителя, создаст на Принцисе аналог того церковного устройства, что было на Земле в момент моей гибели. Большую власть и влияние в среде служителей получат не богатые духом, а умеющие красиво говорить, что сотворит из иерархов церковных скорее политиков, нежели истинных служителей Единого. А политика в любой форме грязная штука. И это непременно скажется, пройдет время, и все встанет с копыт на рога.
Получается, уже в третий раз Свет играет с тьмой на одной стороне доски душ. Только крылатый считает, что выигрывает. Не буду его переубеждать. И даже более того, надо сделать вид, что я противлюсь, что и тьме невыгодно такое положение. Если просто уступлю, это заставит крылатого погрузиться в сомнения, а если он с «боем» вырвет у меня из когтей брата Тисия, это заставит Артариила окончательно поверить в свою правоту.
– И как же ты мне помешаешь? – Презрение и самодовольство водопадом пренебрежения бьется в моих словах.
– Помешаю. Ты не вмешаешься. Таково мое слово. И порукой тому мой меч.
И ведь не глупое он создание, но до чего наивное!
– Он мой! – реву в порыве ярости. Наигранном, конечно.
Но так как подобное поведение крылатому как раз понятно и им ожидаемо, то он верит моей игре.
– Разве он продал тебе душу?
У пернатого мелькает усмешка победителя.
– Нет, но именно я его нашел. Именно я излечил его и направил.
Мои глаза полыхают пламенем ада.
– Но ты не завершишь свой замысел!
Ох, сколько пафоса!
– Ты мне надоел, слуга Света.
Время пришло, брат Тисий заканчивал свою проповедь.
В идеале надо было бы сразиться со смотрителем небесным, чтобы он полностью уверился в своем правом деле. Но я как представил, к каким катаклизмам приведет этот бой… Мне стало несколько дурно от разыгравшегося воображения. Драться было нельзя. Но сделать вид, что мне очень надо вмешаться, это было вполне реально.
– Не вынуждай меня, слуга тьмы!
Ага, это, наверное, они называют голосом кары Господней. Впечатляет.
– Занимайся своими делами, крылатый, –