А-Прогрессор стр. 44
король на своей земле. А главное, эти владетели четко разделяли людей на своих и чужих, а также не страдали излишним человеколюбием. Они просто приказывали расстреливать из луков ВСЕХ, кто пытался пройти на их земли с зараженных территорий.
Еще на пути чумы встали реки. На юге Аркаха нет полноводных рек, кроме Оиры, по которой проходит граница Гильмариса и республики. Но множество мелких и средних рек служили неплохой естественной преградой для болезни. За два года этого тления умерло больше восьми тысяч человек, но в глобальное поветрие мор не перерос.
Основной причиной, почему чума не прошла косой по всему Аркаху, был я. Вот «отпади мои рога!», почему о здоровье людском печется дьявол?! Я чистил реки. Мои вновь «арендованные» у Астриумиса черти закапывали умерших. Устраивал пожары, чтобы зараженные хутора не сняли новой жатвы. Да даже лечил, как не стыдно за это было моим копытам. Я отклонил Весы на восемь единиц этими вмешательствами! Вопрос, а что все это время делали крылатые?! Разве это не их забота?
Два года продолжалось это безумие – этот тлеющий уголек, который готов был от любой случайности разгореться во всепожирающий пожар. Ценой невероятного напряжения бесовских сил болезнь угасла. «Слава Верховному!» Астриумис и правда смог держать себя в руках, все время в
мире живых проводя на берегах северных рек, а то я не знаю, как бы справился без его чертей.
Но как только я готов был пригладить чешуйки и расслабиться, пришел удар, которого я никак не ожидал. Видимо прельстившись слухами о золоте в притоках Апсиры, туда направилась одна ватага южных сорвиголов. Как?! Ну как я пропустил, что среди них оказался зараженный?! Но поздно грызть когти. Хорошо хоть, что золотоискатели шли морем, вдоль восточного побережья, высаживаясь на отдых в безлюдных местах. Но по какой-то непонятной причине за три недели их пути болезнь не проявлялась, и они думали, что здоровы. Обогнув Бельгран, эта ватага с севера поднялась по рекам до приисков. И…
И вирус, видимо, мутировал в более холодном воздухе. Инкубационный период, что проходил без внешних проявлений болезни, значительно возрос, а вот сама болезнь… Стоило организму ослабнуть, убивала за считаные часы. Ее потом так и назвали: «золотой чумой».
Берега Апсиры и ее притоков вымерли. Прииски опустели, и не потому, что кто-то их покинул, вернувшись домой, нет. Старуха с косой безжалостно прошлась по этим землям, не делая различий между правыми и виноватыми, детьми и стариками, женщинами и мужчинами. Не выбирая между старателями и дикарями, между убийцами и друидами. Север Аркаха погрузился в безмолвие. Более пятидесяти тысяч человек стали жертвами «золотой чумы»!
И я плюнул на Весы. Если бы этот мор перекинулся на юг, то все – гейм овер. Смертность от этой гадости была стопроцентной. А симптомы у переносчиков заразы не имели внешних проявлений. Покинь мор берега Апсиры, и остров превратился бы в гигантское кладбище, где некому хоронить умерших.
Мне стало все равно. Если бы имелась возможность вмешаться и не пустить чуму на юг, я ею воспользовался бы, и по хвосту, на сколько после этого отклонились бы чаши. Проигрыш болезни означал потерю всего.
Я был так занят, что никак не реагировал на резко подскочивший градус веры