Адепты стужи. Часть 3 стр. 73
возможности оценили прежде всего военные — теперь они резко сократили обычную спутниковую программу и уже не запускали спутники на все орбиты по принципу «на всякий случай чтобы было». Основные орбиты по-прежнему перекрывались большими и дорогостоящими спутниками, они перекрывали примерно 60 % земной поверхности. Если же возникала нужда поближе осветить оставшиеся 40 % — обращались к Сателлайт Системс, которая за несколько лет построила целую базу в Аризоне и приобрела еще два самолета-летающих космодрома в дополнение к первому.
Полковник Фрай взглянул на часы, потом нажал тангету микрофона, клавишами выбрал пользователя…
— Мистер Хэмфри?
— У нас все готово… — донесся голос Тома Хэнфри, обладателя докторской степени по прикладной химии, выпускника Массачусетского Технологического и командира сегодняшнего запуска — можете приступать, мистер Фрай
— Принято… — Фрай обернулся к своему праваку — внимание, готовность!
И с тоской подумал, что большую часть обязанностей, которую в нормальном экипаже выполняет правак придется выполнять ему самому. Не привыкать — сам бывший летчик-истребитель, почти всегда летал в одиночку
— Орел-один, на связь!
— Гризли, это Орел-один, как дела?
— Орел-один это Гризли, получено добро, идем в контрольную точку Браво. Как у вас с топливом…
— Гризли, это Орел-Один, с топливом напряг, но мы вызвали пару заправщиков с Монтаны. РВП двадцать минут.
— Вас понял, где бандиты?
— Бандитов не видим, сектор свободен.
— Принял, отбой…
Как всегда, запуски над Тихим океаном были связаны с проблемами — там было полно «бандитов». То есть японцев, которые считали океан своим и совали свои носы в то, что их совершенно не касалось. Они могли появиться в любой момент — и как всегда без приглашения. Поэтому на выходе на стартовую позицию и на самой стартовой позиции их прикрывали — на сей раз звено Ф15 Игл, мощнейших истребителей-бомбардировщиков, лучших в САСШ.
— Внимание, входим в зону…
— Входим в зону! — продублировал Фрай для операторов управления пуском, располагавшихся в том, что было когда то пассажирским салоном. Этот самолет вымещал в себя все, для чего НАСА построило и обслуживало целый космодром.
— Тестирование завершено!
— Подтверждаю тестирование завершено, отказов нет!
— Стартовый коридор чист!
Фрай принял штурвал на себя, самолет начал задирать нос.
— Прошу корректировки!
— Немного левее. Градусов пять!
— Принял!
— Двигатели штатно, все системы штатно, отказов нет! — для чего то пригодился и правак. Не доверяя ему сам Фрай отвлекся на минуту от пилотирования, глянул мельком на приборную доску — ни одного красного транспаранта, сигнализирующего о проблемах.
— Готов к запуску!
— Курс, скорость расчетные!
— Обратный отсчет! Пять-четыре-три-два-один-зажигание!
Фраю всегда нравился этот момент. Когда самолет вздрагивает, груз отделяется от него — и через какие-то секунды ракета, обгоняет самолет и
пламя из ее сопел бьет перед самым носом самолета, кажется что весь самолет объят пламенем. Незабываемое зрелище, ни на одном истребителе такого не испытаешь.
— Ракета отделилась!
— Первая ступень работает штатно!
— Тангаж, рысканье в норме!
Долгие, очень долгие секунды, пока ракета, наконец, не превращается в светящийся метеор на фоне холодного кобальта космоса…
— Старт прошел успешно! Все параметры телеметрии в норме! Поздравляю, джентльмены… — наконец произносит руководитель пуска.
— Ухожу на разворот… — бросает в эфир Фрай, давая себе обещание возлюбить ближнего своего, даже такого как тот, кто сидит в правом кресле от него и опять напевает какую-то негритянскую гадость…
Через двадцать с чем-то минут