Библиотека

Адъютант его превосходительства. Том 2. Книга 3. Милосердие палача. Книга 4. Багровые ковыли стр. 54

Размер шрифта
-
+
Тема

поспешили бы поскорее убраться, а его мог спасти туман.

Нелепость какая! Дурной сон, а не происшествие. Впрочем, и теперь надо искать выход. Кто они? Зачем он им нужен? В качестве кого? Раз не убили сразу, — значит, он действительно пока нужен. И это уже хорошо.

Сквозь топот копыт, звон бубенцов и всхлипы уставшей гармошки он слышал голоса над головой. Захватившие его люди, пока вязали, успели порыскать в карманах и теперь делились впечатлениями.

— Полномочный комиссар — это фрукт! И совсем новенькое посвидчення, краской документ пахнет — видать, только испеченный.

— Дай поглядеть… И правда, полномочный комиссар. От батько спасибо скажет.

— А кто говорил:

«Давай в центр, давай на Сумскую!» Ну, проскочили мы в среду по Сумской — и что? А тут какого леща поймали!.. Гляди, ножичек перочинный… и до бутылок годится.

— И скажи, что его, дурошлепа, на Тенистую занесло? Может, до Зинки-кривой шел, та всех принимает.

— Зинка счас в Гуляйполе.

— А орден, орден — гляди! В коробочке… новенький.

— У батьки точно такой…

«Махновцы! — сполохом ударило в голову Павлу. — Это у него, у Махно, орден Красного Знамени. В конце восемнадцатого его наградили от имени ВЦИКа. Правда, кто-то говорил, что через полгода, когда Махно выступил против красных, указ отменили. Но орден-то он вряд ли вернул. Носит небось. А другого батьки с орденом на Украине нет… Так вот, значит, я к кому попал. Говорили ведь, что махновцы рыщут не только под Харьковом, но и в самом городе. А они, видишь, даже по Сумской раскатывают…»

— Дай-ка я орден надену! Больше почета будет на дороге.

Кольцов слышал, как где-то за Харьковом свадебный поезд окликнули, приказали остановиться. Надежда на мгновение вспыхнула в его душе: красноармейский патруль! Может, догадаются осмотреть телеги?

— Что за люди? Откуда, куда?

— Местные мы, товарищи! Парасю замуж выдаем! — И прикрикнули на невесту: — Что ж ты молчишь, Параска!

— Окажите милость, выпейте за здоровье!

Послышался звук разливаемой самогонки…

Кольцов напружинил руки, но они были крепко-накрепко связаны. Ноги тоже. Попытался вытолкнуть изо рта кляп, чтобы крикнуть — и не смог.

Почувствовал, махновцы вновь тронулись по ухабистой дороге.

Неслись по степи свадебные брички. От Харькова взяли на Чугуев, а там, оказавшись в северодонецких лесах, сменили в Моспанове коней, передохнули и снова помчались дальше изюмскими лесами к Славянску, где предстояло перевалить через забитую войсками железную дорогу Лозовая — Попасная и дальше, дальше, чтобы в конце концов очутиться в Гуляйполе. Оно оказалось сейчас меж двух огней — наступающим кутеповским корпусом и обороняющимися частями Красной Армии — и доживало, видимо, свои последние яркие столичные дни.

Люди почтительно расступались перед свадебным поездом — велики на Украине уважение и любовь к народным гуляниям. Особенно блистал и вызывал всеобщее восхищение сидевший на первой бричке рядом с ездовым рослый парень с «коругвой». На груди у него блестел эмалью и серебром новенький орден Красного Знамени, который, как известно, за просто так не дают.

Лишь один раз насторожились махновцы — когда на пустом и широком Изюмском шляху близ уездного города нагнали они две брички, одну — с пулеметом. А в седоке, прислонившемся к пулемету, признали они местного чекиста Шамраченкова, немало крови попортившего батьке.

Но — обошлось. Обогнали они Шамраченкова

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.