Адюльтер доктора Градова стр. 15
время рожать. Нашёлся человек, женился на ней. Работал он когда–то в школе, толковым, говорят, был преподавателем, да случился у него сдвиг на религиозной почве, прикипел он душой к церковной общине, вот его к Даше старшие и «прикрепили» нянькой. Возил он её на прогулки и в церковь, а однажды не вернулись они. Бабка–опекунша всполошилась, кинулась искать, прибежала к нему домой. Вышел он к старухе голый, весёлый и сказал:
— Даша отныне — жена мне.
Сказал — и гордо голову вскинул, сухой стриженый очкарик с бездонным взглядом и слегка асимметричным лицом…
В ЗАГСе их не расписали, церковь тоже обвенчать отказалась, пришлось искать священника на стороне, приплачивать солидно.
В роддом он принёс её на руках. Посмотрите, мол, рожает она, кажется. Акушерки на него накинулись: ах ты, дескать, такой–сякой, не совестно ли с инвалидкой–то? А он — жене:
— Ну-к, скажи, Дашутка: хорошо ль тебе со мною?
Закивала радостно Даша, засветилась вся, «ха–а–оу-у-у» промычала. Хорошо, мол.
Сделали ей кесарево сечение. После операции тяжелейший паралич кишечника случился. Живот раздуло, перистальтика прекратилась. Лёгкие у Даши и так недоразвитые, а тут ещё кишки их прижали. Задыхается Дарья, орёт от боли. Уж врачи лечили её, лечили — всё без толку. Что ж, решили, видно, не судьба, не должны такие рожать, помрёт, наверно.
День мучается Даша, другой — доходит, словом. А Володе Сарычеву, молодому доктору–гинекологу, стало вдруг жалко её — хоть плачь. Решил он ещё раз попробовать. Надел «водолазный» костюм: резиновые перчатки, клеёнчатый фартук, — намешал «электролитов» в произвольных пропорциях (магний, калий, кальций) и всё это в кишечник ввёл. Покрутился, подождал — вроде ничего нового — и домой пошёл.
На следующий день приходит — что такое, в самом деле? Тихо в отделении, не кричит никто! Бабка–опекунша докладывает: всё нормально, ночью кишечник заработал.
И пошла с этого дня Даша на поправку. А недели через три её выписали.
Из роддома вёз Дашу муж — торжественно, неспешно, в инвалидной коляске. А рядом гордо шла бабуся с ребёнком на руках.
— …Э, так у тебя, стало быть, наоборот, наверно, — смекнул Коля. — Поди, ни одна бабёнка теперь не вдохновляет…
Вот привязался, в самом деле!
— Да с чего ты взял? Всё у меня нормально.
— Да как же «нормально», когда чуть что — железки с кровью мерещатся?
— Ничего мне не мерещится. На работе я кто? Врач. О деле думаю и больше ни о чём… А на улице, случается, повстречаешь бывшую свою пациентку, о которой никак эдак особенно не думал, приглядишься — ого! а девочка–то классная!
— Ну и подвалить к ней легче, конечно, — обрадовался лесник, — раз уж между вами было что–то такое интимное…
— Да нет, — пожал плечами Градов, — то, что было, забывается быстро. Всё как бы заново воспринимаешь, словно в первый раз её видишь. Моя работа научила меня ценить женскую красоту. Ведь что такое красота? Почитай, например, Ефремова, у него об этом хорошо написано. Прежде всего это здоровье, благополучие тела. Белые зубы, правильная осанка, чистая кожа, влажные глаза — с женщиной всё в порядке. Инстинкт подсказывает тебе, что с этой самкой можно получить здоровое потомство… Ну а если уродина — тут уж извините… Хотя, конечно, врачи обязаны подавлять в себе эту