Библиотека

Адвокат стр. 104

Размер шрифта
-
+
Тема

звонил. — Я бросил-таки трубку.

До полуночи я расхаживал по мансарде, затем оделся и вышел на улицу. Когда рушится брак, человек поневоле перебирает всевозможные причины катастрофы и варианты развития событий. Что было в нашем случае? Исподволь нараставшее отчуждение? Нечто более сложное? А может, я не обратил внимания на сигналы, которые Клер мне подавала?

Не был ли тот мужчина банальным гостем на одну ночь, или Клер давно с ним? Коллега-врач, уставший от семьи и детей, или студент-медик, давший ей то, чего она не получала от меня?

Я пытался убедить себя в том, что дело вовсе не в любовнике. Не взаимной неверностью было продиктовано наше решение развестись. Слишком поздно переживать из-за того, что Клер спит с другим. Брак кончился, это однозначно. И не важно почему. Пусть убирается к черту, меня уже ничего не волнует. Она забыта, вычеркнута из памяти. Если я решил выйти на охоту, то и Клер может делать что заблагорассудится.

Да, именно так.

В два часа ночи, игнорируя призывы гомосексуалистов, я вышел к Дюпон-сёркл; на скамейках лежали закутанные в тряпье безликие и бесформенные тела. Не самое подходящее место для прогулок, но сейчас мне было наплевать на опасность.

Несколькими часами позже я купил в кондитерской коробку с дюжиной разных пончиков, два высоких картонных стаканчика кофе и газету. Дрожащая от холода Руби упорно поджидала меня у двери. Глаза были краснее, а улыбка скупее, чем обычно.

Мы устроились в большой комнате за столом, где старых папок было поменьше. Я поставил на середину стола стаканчики, раскрыл коробку. Пончики с шоколадом Руби не понравились, она предпочитала фруктовую начинку.

— Ты читала газеты? — спросил я.

— Нет.

— А вообще читать умеешь?

— Не очень.

Тогда к чтению приступил я. Начали мы с первой полосы, там помещался огромный снимок пяти плывущих над толпой гробов. Заметка о митинге занимала нижнюю половину страницы, и я прочитал ее целиком. Руби внимательно слушала. О гибели

матери с детьми она знала; воображением ее завладели подробности.

— А я не умру так?

— Вряд ли. Разве оставишь включенными двигатель и отопитель.

— Хотела бы я, чтоб в моей развалюхе был отопитель.

— Ты можешь погибнуть от переохлаждения.

— Это еще что такое?

— Просто однажды уснешь и не проснешься.

Она вытерла салфеткой губы и отхлебнула кофе. В ту ночь, когда погиб Онтарио, температура была минус двенадцать. Как умудрилась выжить Руби?

— Где ты прячешься, когда становится по-настоящему холодно?

— Нигде.

— Остаешься в машине?

— Ага.

— И не замерзаешь?

— У меня полно одеял. Зарываюсь в них, и все.

— И не идешь ночевать в приют?

— Никогда.

— А пойдешь, если это поможет тебе увидеться с Терренсом?

Склонив голову, Руби окинула меня странным взглядом:

— Скажи-ка еще раз.

— Ты хочешь увидеть Терренса, так?

— Так.

— Значит, необходимо привести себя в норму, так?

— Так.

— А чтобы привести себя в норму, нужно побыть в приюте, где лечат наркоманов. Ты готова?

— Может быть, — не сразу отозвалась она. — Может быть.

Пусть небольшой, но шаг вперед.

— Я помогу тебе вернуться к Терренсу, ты снова станешь частью его жизни, но для этого, Руби, тебе придется отказаться от наркотиков.

— Как? — Избегая моего взгляда, она склонилась над стаканчиком.

— Ты собираешься сегодня к Наоми?

— Да.

— Я говорил с директрисой. Сегодня они

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.