Адвокат стр. 4
Вот он легонько коснулся красного.
— Стоит его дернуть, и все будет кончено, — блеснув очками, поведал Мистер.
Нужно было отвлечь его от проводка.
— Зачем вам это? — спросил я, рассчитывая на диалог.
— Не то чтобы я очень хотел взорвать вас, но почему бы и нет?
Меня поразила его манера говорить — ясная, членораздельная речь, продумано и взвешено каждое слово. Передо мной сидел уличный бродяга, но, похоже, в его жизни были деньки и получше.
— Зачем вам убивать нас? — спросил я.
— Не собираюсь вступать в дискуссию, — последовал ответ.
Это называется «Вопросов больше не имею, ваша честь».
Будучи человеком, жизнь которого целиком подчинена циферблату, я посмотрел на часы: в случае чудесного спасения нужно будет запротоколировать теракт с точностью до мгновения. Часы показывали двадцать минут второго. Поскольку Мистер дал понять, что не любит суеты, следующая четверть часа прошла в тягостном молчании.
Я никак не мог поверить, что мы обречены на смерть.
Ведь у него нет ни малейшего повода убивать нас. Со всей определенностью можно утверждать, что до нынешнего дня ни один из моих коллег Мистера и в глаза не видывал. Мне вспомнился лифт — бродяга не знал, на каком этаже ему выйти. Уличный сумасшедший в поисках заложников. К сожалению, по нынешним временам почти норма.
Именно таким абсолютно бессмысленным убийствам отводятся первые полосы газет. Читатели сокрушенно покачают головами: до чего дошло наше общество! А затем по городу расползутся анекдоты про дохлых юристов.
Я уже видел броские газетные заголовки, слышал тараторящих телерепортеров, однако не мог поверить, что так оно и будет.
В вестибюле раздались голоса, прорезалось неясное кваканье полицейской рации. Снова взвыла сирена.
— Что ты ел на обед? — обратился ко мне Мистер.
Слишком удивленный для того, чтобы врать, я поколебался и ответил:
— Цыпленка-гриль с салатом.
— В одиночку?
— Нет, с приятелем. — Я и вправду встретил сокурсника.
— И сколько вам пришлось выложить?
— Тридцать долларов.
Мистеру это не понравилось.
— Тридцать долларов, — повторил он с осуждением. — На двоих.
Во мне вспыхнула надежда, что коллеги, обратись Мистер к ним с аналогичным вопросом, окажутся менее искренними. Среди стоящих у стены было несколько талантливых едоков, им тридцатки не хватило бы и на закуску.
— А знаешь, чем пообедал я?
— Нет.
— Супом. Тарелкой супа с гренками. В приюте. Даром. И считаю, мне повезло. А на тридцать долларов можно накормить сотню моих друзей, верно?
Я удрученно кивнул, будто внезапно осознал тяжесть совершенного греха.
— Попрошу собрать у присутствующих деньги, часы и драгоценности, — сказал Мистер, в который раз поведя пистолетом.
— Разрешите спросить — зачем?
— Нет.
Я положил на стол портмоне, выгреб из карманов мелочь и обчистил товарищей по несчастью.
— Это отдадут родственникам, — пообещал Мистер, и мы дружно охнули.
После того как я сложил собранное в черный кейс, бродяга велел позвонить боссу. Рудольф быстро снял трубку. Я был уверен, командир группы СУОТ уже сидит в его кабинете.
— Рудольф, это опять Майк.
— Как вы там?
— Отлично. Джентльмен хочет, чтобы я открыл дверь и выставил в вестибюль кейс. Затем я захлопну дверь и закрою ее на ключ. Понятно?
— Да.
Ощущая затылком приставленный пистолет, я осторожно распахнул дверь и поставил кейс на пороге. В вестибюле никого не было.
* * *На свете мало