Афганский разлом. Истоки мирового терроризма стр. 79
группы советских войск, случалось, впадали в эйфорию победы. Обрадовавшись, что «забили» караван, они пропускали момент, когда на их головы, словно с неба, падало десятка три остервенелых «духов» — пацанов и крепких стариков ополчения. Победа превращалась в страшную трагедию. Ослаблять бдительность нельзя было даже при успешном исходе боя.
Группа обслуживания каравана находилась непосредственно в караване. В неё входили водители машин и погонщики животных. Но и они были вооружены и готовы к сопротивлению. Количество погонщиков определялось из расчёта два-три человека на животное. Столкнувшись с «шурави», они уводили караван из-под огня, прикрывали отход, если гибли животные, выходили из строя машины — перегружали груз.
Досматривая караваны, мы применяли психологические приёмы. К примеру, скрытно наблюдали за поведением и взглядом караванщиков. Если их настороженность превышала допустимую норму — эту грань разведчики должны чувствовать, — открывали огонь на поражение. В таких ситуациях главное — успеть. Замешкаешься — встретишь свою смерть, причём даже не успеешь понять, откуда она «прилетела».
Таким образом, в зависимости от количества животных и машин в караване обеспечивали его проводку, охраняли его и обслуживали 60–80 отъявленных головорезов, а то и больше.
Наша тактическая вертолётная группа с разведчиками на борту вошла в коридор поиска, ограниченного на севере ущельем Амира Гази, а на юге — излучиной реки Чакарихвар.
Где-то в этом районе прятался искомый объект — почти как иголка в стогу сена. Хотя, если изучить рельеф внимательнее, становилось ясно, что караван пересёк коридор поиска именно здесь: с востока и запада проход ограничен горами, остальные пути отрезаны рекой. Мы вошли в полосу ведения разведки, которую караван должен был пересечь в обязательном порядке. Иных маршрутов не было.
Река осталась по левому борту, справа тянулась цепочка холмов, вдоль неё — развалины разбитых кишлаков. В дни Саурской революции войска Амина прошлись по этим местам огнём. Показалась вершина, взметнувшаяся до небес, — настоящий природный шедевр. В её направлении двигалась машина с яркой раскраской, вероятно, одна из местных «бурубухаек», перевозивших дехкан. Остановилась… Нет — поехала дальше… «Духи» могли хлестануть из крупнокалиберного пулемёта ДШК не только с позиций, но и с замаскированных машин, тракторных тележек. Блеск «сварки» с земли означал пулемётный огонь ДШК калибра 12,7 мм. В таких случаях «вертушки» работали на поражение НУРСами и, прижимаясь к земле, уходили за гребни хребтов.
Я скользнул по долине взглядом, осматривая поля, кишлаки, овраги, — «мёртвый сезон»… Прикрыв ладонью глаза от рассеянного света, всмотрелся в подножие остроконечной вершины. С восточного направления, прижавшись к подошве пика, шла вереница животных, и двигались пикапы и грузовые машины. Караван! Тень от вершины скрывала «духовскую» «ниточку» от наблюдения с воздуха, и караван был почти не виден.
Я побежал в кабину пилотов, лётчики тоже заметили караван. «Двадцать четвёртые» ушли на боевой курс, наши «восьмёрки» уходили вправо от них. «Вертушку» бросило вниз — борт обстреляли с земли, и лётчик маневрировал. Караван «духовский», атака от речки! Что это? Блеск от «бурубухайки» — ДШК! Значит, «бурубухайка» — сопровождение каравана! Заходим с «головы» каравана! В иллюминатор видно, как «двадцать четвёртые» атаковали «духовскую» «ниточку», взрывы реактивных снарядов прошили её на всю глубину. Молодцы! Но ДШК открыл огонь по «двадцать четвёртым». С глубокого крена вышли на боевой курс. Цель — «бурубухайка» с